Чувствую аромат его сильного парфюма издали. В животе щекочет от мысли, что в моём доме пахнет чужим ароматом, чужим мужчиной.

Сейчас он стоит боком и рассматривает интерьер. Занимательно так рассматривает, что даже не хочется его прерывать. Но всё-таки обозначаю своё появление шуршанием своего лёгкого платья. Даю знак притаившейся в дверях Пэкк оставить нас наедине.

— Доброе утро, господин следователь, — приветствую доброй улыбкой.

Мужчина поворачивается, а я едва удерживаю себя от того, чтобы не поправить прядь волос. От него неудержимо веет представительностью и неким шармом, который, я уверена, чувствует любая женщина. И мне простительно, я никогда не принимала в своём доме таких… гостей.

— Доброе, мисс Вишен Лонрэйт, — окончательно выбивает меня из колеи, приветствуя приятным бархатистым тоном, выговаривая моё имя. Которое он потрудился узнать.

— Чем могу вам помочь? — прохожу в холл и останавливаюсь в двух шагах от брюнета, хотя лучше бы этого не делала: этот сногсшибательный аромат восточного пиона с примесью древесной коры действует на меня неоднозначно.

— Как раз дела обстоят наоборот — это я приехал к вам, чтобы помочь, — отвечает он спокойно.

Я моргаю, не зная, что и ответить. Мужчина отводит взгляд, сдержанно усмехаясь.

— Я вчера обдумал наш разговор, помните его?

Ещё бы, такое точно не забывается! Но вместо убедительного ответа я не совсем тактично киваю.

— Хорошо. Так вот, мисс, я готов завести дело, относящееся к гибели вашего мужа, и тщательнее расследовать его. Если вы, конечно, ещё не раздумали.

— Я… мне… Нет, не раздумала, господин следователь, — сглатывая подступивший ком, тороплюсь ответить.

— Хорошо, — улыбается. И снова эта ямочка на гладко выбритой щеке.

— Может, чашечку чая? — предлагаю я, не зная, как ещё взять себя в руки.

— В другой раз, леди Лонрэйт, у меня важные дела на сегодня. Я вам сейчас оставлю свой адрес, куда вы можете прийти, как только будете готовы. Куда я могу вам записать адрес?

Я моргаю, потом ещё раз моргаю.

— Да, да, конечно, вот сюда, прошу, — приближаюсь и указываю к трюмо, где лежат записной блокнот и перо.

Мужчина ориентируется быстро, подходит к высокому трюмо и берет серебристое перо, начинает писать. Уверенно, твёрдо, расслабленно.

— Пожалуйста, ещё раз извините за беспокойство, что так внезапно.

Я улыбаюсь, потому что не могу справиться с удивлением и смущением.

— Благодарю, господин следователь. Пэкк! — подзываю я служанку, которая появляется тут же в дверях. — Проводи, пожалуйста, господина.

— Не нужно, я уже знаю дорогу, — вежливо отказывается гость. — И да… — вдруг останавливается он и засовывает руку во внутренний карман пиджака. — Вайт нашёл на лугу, — протягивает мне мои же чёрные кружевные перчатки.