Я не хотел думать о том, что будет, когда она уедет, хотя обсуждения ее случая все чаще сводились к предполагаемой дате выписки и необходимости амбулаторного наблюдения. Я хотел, чтобы Ханна встретилась с ней до выписки. Раньше она отказывалась, но, может, теперь согласится, это ее последний шанс.

– Я очень хочу, чтобы ты встретилась с Джейни, – сказал я в тот вечер, когда мы сидели в гостиной и вместе складывали новый пазл. Мы годами соревновались с Элисон и Грегом в том, кто найдет самый сложный. Все время пытались поставить вторую пару в тупик. Сейчас мы бились над пазлом с кучей кошек и деталями неправильной формы.

Грег сказал, они справились за три недели. Мы корпели над ним уже недели две и не были даже близки к завершению.

Ханна склонилась над столом в поисках нужной детали. Рыжие волосы она собрала в хвостик, но отдельные пряди выбивались, и она все время отбрасывала их со лба, не отрываясь от пазла. Она даже не подняла головы.

– Посмотри, как она изменилась. Ей с каждым днем все лучше. Это очень вдохновляет, – сказал я, вспоминая, как девочка показывала мне, как одна из медсестер научила ее писать ее имя.

Она так сосредоточенно выводила каждую черточку и так гордилась собой, когда закончила. – Изумительно, когда кто-то так меняется просто у тебя на глазах. Это как маленькое чудо, которому становишься свидетелем. Не хочу, чтобы ты это пропустила.

Она наконец подняла голову.

– Кристофер Бауэр, должна сказать, что ты по уши влюблен.

– Иначе невозможно. Поэтому тебе и надо с ней встретиться. Погоди, ты тоже влюбишься. Поймешь, о чем я говорю.

На следующий день Кристофер впервые провел меня по коридору к палате Джейни.

После всех его рассказов я не знала, чего ожидать. Как-то он сказал, что она с первого взгляда определяет, кто ей нравится, а кто нет, и изменить ее мнение о себе, судя по всему, было невозможно. А что, если я ей не понравлюсь?

Я услышала ее крик от поста медсестры. Первобытный вопль, ни на что не похожий. Бессловесный. Точно звуки пытки. Я замерла.

– Может быть, сейчас не самый подходящий момент?

Я взглянула на Кристофера, ожидая, что он со мной согласится и скажет, что мы придем в другой день, но он уже был около полицейских и открыл дверь в палату.

Я передала свое удостоверение полицейскому, он записал меня в журнал посетителей.

– Вы уверены, что хотите зайти? – спросил он, возвращая мне удостоверение.

Я сглотнула страх и переступила порог. Джейни извивалась на кровати как одержимая бесом, глаза дикие. Она выла как раненый зверь. Постельное белье кучей валялось на полу. На матрасе была кровь. Две медсестры суетились вокруг кровати, пытаясь поймать ее, ничего не повредив. У одной из них в руках был шприц. Кристофер взялся за дело.