Продумывая сценарий беседы, они исходили из того, что продавец откажется сдавать поставщика, и заготовили несколько рычагов воздействия. Но выдать чужую работу за свою… К такому Делла была не готова.

Стратегию нужно было менять, и менять немедленно.

Мысли в голове у Деллы прощелкивались со скоростью банковских абаков.

Авторитет Магдепа не сработает, девушка – обычный бездарь.

Обвинять продавщицу во лжи не имеет смысла. У Деллы нет ни единого доказательства из тех, которые можно предъявить бездарю.

Ловить девушку на несовпадении технологических нюансов бесполезно. Для нее амулеты – просто мешочки с мусором, о каких технологиях вообще речь?

Как можно сдвинуть эту паршивку с позиции, которую она так уверенно занимает? Без физического насилия, без правовых рычагов воздействия и без вмешательства в сознание?

Пока Делла судорожно прикидывала варианты, Стэн достал удостоверение и выложил его на прилавок, аккуратно прикрывая пальцем название конторы.

- Мисс… Зиммер, - милейшая кисонька Стэн улыбнулся так пакостно, что Делла глазам своим не поверила. – Давайте без глупостей. В этих мешочках обнаружили споры сибирской язвы. Пока, к счастью, неактивные – но вы точно хотите проверить, что будет в следующей партии? А может, вы сознательно покрываете преступника? Пособничество терроризму – это, знаете ли, серьезно.

Лязгнув челюстью, Делла подперла ее ладонью – для верности, чтобы не уронить на прилавок.

- Так что, вы по-прежнему настаиваете, что эти амулеты делаете именно вы?

- Я? Эти? Нет. Нет! – девушка шарахнулась от бархатного мешочка, как от напружинившейся для атаки мамбы. – Это не я. Нам их приносят. Каждую пятницу приходит парень и сдает пять-шесть штук. Он просил, чтобы мы никому об этом не говорили. Сказал, что студент, проблемы с налоговой, но деньги нужны, а нам же все равно, почему нет, мы согласились, только закупочную цену снизили… Ой, что же теперь! Меня арестуют?! Магазин закроют?! – ярко накрашенный рот изогнулся трагической подковой.

- Зависит от вашего решения. Мы ищем организатора, и если вы будете содействовать расследованию, закроем глаза на мелкие нарушения. Вы нам поможете? – налег грудью на прилавок Стэн.

- Да. Хорошо. Что мне делать? – шмыгнула носом продавщица. Глаза у нее наполнились слезами, и первые капли повисли на густо накрашенных ресницах, наливаясь чернильной темнотой.

- Ничего. Просто скажите, когда приходит этот человек.

- В пятницу. С утра, но не очень рано. Где-то с девяти до одиннадцати.

- Отлично. Как он выглядит?

- Высокий, худой, бледный. Такой… совсем бледный. Как будто болеет. Может, он наркоман?

- Волосы? Особые приметы? Латинос или белый?

- Брюнет. Белый. Обычный. В черной куртке – но их же много, черных. Не знаю, что еще сказать, - девушка не удержалась и заплакала.