Не масштабно, а сию минуту.

— Я хочу забыться. В частности, забыть свой позор. Сделаешь?"

"— Сделаю, — уверенно бросает Илья, быстро натягивая на себя джинсы. Идет к двери, а потом неожиданно разворачивается и подходит ко мне, рывком стягивая простыню. — Я передумал, пойдем в другое место, — берет меня за руку, приподнимая с кровати.

Почему-то спрашивать куда мы направляемся совершенно не хочется, я как послушная девочка иду за руку с Ильей, шаркая босыми ногами, в белой, абсолютно непримечательной сорочке. Мы спускаемся в гостиную и Илья, не включая свет, начинает рыться в шкафу.

— Нашел. То, что нужно. Будем употреблять Мамахуану.

— Ты предлагаешь мне курить марихуану?!

— Мамахуана, глухня, — усмехается Илья, постукивая бокалами. — Это алкогольная настойка родом из Доминиканы. А лучше прихватим еще и чистый ром. Первое все-таки на любителя. Держи, — вручает мне одну из бутылок, а сам берет меня за руку и ведет на улицу.

— Илья, а мы куда?!

— Увидишь.

Глава 22

— Стой, — Аня резко останавливается, смотря на бутылку в своих руках.

— Что?

— Мне нужен мой мобильник.

— А как же нано-трусы? — насмешливо спрашиваю я.

 — Или там датчик сломался?

— Нано-трусы не перенесли постирушек и датчик тю-тю, увы и ах.

— Ань, ну на кой хрен тебе сейчас мобильник? — вполне серьезно спрашиваю я.

— Я чувствую, что мне должны позвонить, он всегда звонит вечером. Я быстро.

Резко разворачивается, поправляя свои распущенные волосы одной рукой, тем самым вынуждая меня вдохнуть приятный сладкий запах, и заходит обратно в дом. «Он всегда звонит вечером», тьфу ты, блин. Что ж я наступаю на одни и те же грабли? Придурок. Захожу в дом и ставлю бутылку на полку. Когда включил светильник, понял, что я не только придурок, но и козел, раз хочу напоить Аню.

А я ведь хочу, и отнюдь не только для того, чтобы она забыла свой «позор». Да уж, совесть, что-то ты не вовремя проснулась. И только, когда босоногая девочка по имени «беда» начала спускаться с лестницы, понял, что надо договариваться с совестью или с кем-то еще, кто меня останавливает. Да пошло оно все в задницу, хочу и точка. Разминаю затекшие мышцы шеи, когда Аня подходит ко мне, демонстрируя не только телефон, но и блестящие губы. Ай да, зараза такая, что ж ты со мной делаешь. Риторический вопрос, когда эти самые губы так и маячат перед моими глазами.

— Ну, пойдем?

— У тебя губы блестят, надеюсь, не липкие? Терпеть этого не могу, — кажется, я не спрашиваю, а просто констатирую и тянусь пальцем к ее нижней губе. И не просто тянусь, а провожу им по нижней губе. — Не липкие.

— Это всего лишь гигиеническая помада, чтобы губы были мягче, — да куда уж мягче. Сглатываю и быстро разворачиваюсь, чтобы схватить бутылку в руки. Напою, так напою и вообще будь, что будет.