Он взглянул в глаза своей Лизе… в глаза своей Королеве и понял, что она непоколебимо верила в него, даже сейчас. Верила в его любовь, верила в то, что он защитил бы ее, верила в то, что вместе они смогли бы победить что угодно. Кто он был такой, чтобы спорить с Королевой?

— Рэй удовлетворил ходатайство Лукена, — мягко произнес он и увидел, как ее глаза расширились. — Чуть больше чем через неделю мы отправимся на Торниан.

— Но тогда это бессмысленно, Грим. Почему Лукен напал, если Рэй удовлетворил ходатайство? — она смущенно взглянула в его глаза.

— Потому что дочери останутся со мной, даже если ты соединишься с другим, и я все равно буду Королем.

— Потому что ты согласился принять и защитить их, когда не согласился никто другой, включая Лукена?

— Да. Он хотел доказать, что я не способен позаботиться о своем потомстве, а это произошло только один раз за всю историю.

— Мужчина убил свою женщину?

— Нет… — Грим прервался, не желая объяснять дальше. Только не после пережитого ею.

— Грим… — подтолкнула она.

— Он изнасиловал свое собственное потомство, Лиза.

— Его жизнь оборвалась, но его самки никогда уже не стали прежними.

— Конечно, нет, как они могли? Это худший вид предательства — причинить вред собственным детям, — глаза Лизы наполнились слезами от этой мысли.

— Некоторые говорят, что из-за этого Богиня лишила благодати всех торнианских воинов. Из-за этого у нас осталось так мало женщин. Это ее кара за злоупотребление ее даром.

— Может быть, она решила, что вы уже достаточно пострадали, за грехи одного, — Лиза смущенно улыбнулась.

— Возможно, — он поднялся, поцеловав ее в макушку. — Теперь, раз уж ты не отдыхаешь, то должна поесть.

Размышляя о рассказанном Гримом, Лиза встала, набросив халат.

Рассматривая себя в зеркале очищающей комнаты, Лиза удивилась — она не выглядела настолько больной, как ожидала. Ее синяки поблекли вместо того, чтобы стать ярче. Кажется, лечение Хадара сработало.

— Удивительно… — прошептала она, прикоснувшись к щеке.

— Что случилось, моя Лиза? — Грим отразился в зеркале, появившись позади нее.

— Мои синяки уже начали исчезать. На Земле они были бы темнее. Я должна поблагодарить Хадара.

— Он — очень опытный целитель.

Глаза Лизы расширились, встретившись с его взглядом в зеркале.

Люда без Грима… Она не могла себе этого представить.

— Тогда он заслужил мою вечную благодарность, — развернувшись в его объятиях, Лиза потянулась к нему. — Потому что я не могу представить свою жизнь без тебя.

— А я — без тебя, моя Лиза.

Встретив ее на полпути, он впился в исцеленные губы, прежде чем прижать ее к своей груди. В нем мгновенно вспыхнуло желание.