Нам нужно ехать туда сейчас же, но приехать могут только я и кто-то ещё один.

— Тогда я поеду, — твёрдо сказал Трульс.

— Нет, — столь же твёрдо сказал Эуне.

Остальные посмотрели на него.

— Ты слышал его, Харри. Он собирается убить тебя. Вот почему он хочет, чтобы ты был там. Он любит её, но ненавидит тебя. Он не собирается вести переговоры. Возможно, у него слабое представление о реальности, но он знает не хуже тебя или меня, что торг заложником не приводит к смягчению приговора.

— Возможно, — сказал Харри. — Но даже ты не можешь быть уверен, насколько он невменяем, Столе. Он может верить, что у него всё получится.

— Это кажется маловероятным, но ты планируешь рискнуть своей жизнь, рассчитывая на это?

Харри пожал плечами.

— Часы тикают, господа. И да, я думаю, что старый, никому не нужный детектив по убийствам вместо молодого таланта в области медицинских исследований — это плюс. Это простая математика.

— Именно! — сказал Эуне. — Простая математика.

— Хорошо, мы согласны. Трульс, ты готов идти?

— У нас проблема, — сказал Эйстейн у окна. Он что-то печатал в телефоне. — Я вижу, что вся дорога стоит намертво. Необычно для такого позднего вечера. Пишут, что Третье кольцо закрыто из-за дыма от горящего дома. Это означает, что все дороги поменьше битком набиты, и, как таксист, я могу гарантировать, что мы не доберёмся до больницы «Рикшоспиталь» за двадцать минут. И даже за тридцать.

Люди в комнате, включая Джибрана, переглянулись.

— Верно, — сказал Харри и взглянул на часы. — Трульс, не хотел бы ты злоупотребить своим несуществующим авторитетом полицейского?

— С удовольствием, — сказал Трульс.

— Отлично. Тогда давай пойдём в отделение неотложной помощи и реквизируем машину скорой с мигалками и сиреной, что ты скажешь?

— Звучит заманчиво.

— Стоп! — крикнул Эуне, ударив кулаком по прикроватной тумбочке, перевернув пластиковый стаканчик и выплеснув воду на пол. — Разве вы все не слышите, что я говорю?

ГЛАВА 52

Пятница

Сирены

Прим услышал, как в темноте ночи нарастает и затихает вой сирен. Скоро вся луна будет кроваво-тёмной, и небо будет освещено только жёлтыми огнями города внизу. Звучали не полицейские сирены, и не сирены пожарных машин, которые он уже слышал этим вечером. Это были звуки машины скорой помощи. Конечно, это могла быть машина, направлявшаяся в больницу «Рикшоспиталь», но что-то подсказывало ему, что это Харри Холе предупреждает о своём прибытии. Прим открыл сумку, в которой лежал полицейский радиоприёмник, и включил его. Вполне возможно, Харри сообщил своим коллегам, не говоря об этом ни слова по эфиру, ведь Прим был не первым преступником, имевшим доступ к полицейским частотам.