Она запомнила их, потому что они единственные, кто ушёл с этого спектакля во время перерыва.

— Я общался с Хеленой Рё, — сказал Харри. — Она была умной женщиной, способной позаботиться о себе. У меня в голове не укладывается, что она добровольно оставила бы спектакль ряди торговца наркотиками, которого не знает. Только не после всего того, что произошло.

— Ты всё время повторяешь «добровольно», — сказал Эуне.

— Да, — ответил Харри. — Они должны были быть… напуганы.

— Продолжай.

— Да. В ужасе. — Харри сидел не как обычно, развалившись на сидении, а на краешке стула, наклонившись вперёд.

— Это напоминает мне мышь, которую я увидел однажды утром, проснувшись в Лос-Анджелесе. Она шла прямо к домашнему коту в лапы. Который, конечно, убил её. И несколько дней назад я видел, как то же самое произошло на заднем дворе здесь, в Осло. Я не знаю, что не так с этими мышами, возможно, они были накачаны наркотиками или потеряли врождённое чувство страха.

— Страх — это хорошо, — сказал Эйстейн. — По крайней мере, в небольшой степени. Например, боязнь всего нового. Ксенофобия — довольно негативно заряжённое слово, и да, её следует винить во многом реально злобном дерьме.

Но в мире, в котором мы живём, работает правило «съешь или съедят тебя», а если ты не боишься того, что тебе незнакомо, то рано или поздно окажешься в жопе. Тебе так не кажется, Столе?

— Конечно, — сказал Эуне. — Когда наш разум воспринимает что-то как опасность, миндалевидное тело в нашем мозге выделяет нейротрансмиттеры, такие как глутамат, поэтому мы испытываем страх. Это эволюционно сложившаяся дымовая сигнализация, и без неё…

— Мы сгорим, — продолжил Харри. — Так что же не так с жертвами этих убийств? И с мышами?

Все четверо смотрели молча друг на друга.

— Токсоплазмоз.

Они обернулись и взглянули на пятого человека.

— У этих мышей токсоплазмоз, — сказал Джибран Сети.

— Что это? — спросил Харри.

— Это паразит, заразивший мышь. Он блокирует реакцию страха, заменяя её сексуальным влечением. Мышь идёт к кошке, потому что ощущает сексуальное влечение.

— Ты, должно быть, шутишь, — сказал Эйстейн.

Джибран улыбнулся.

— Нет, паразит называется Токсоплазма гондии75 и на самом деле является одним из самых распространённых в мире.

— Подожди, — сказал Харри. — Он встречается только у мышей?"

"— Нет, он может жить практически в любом теплокровном животном. Но его жизненный цикл поддерживается за счёт животных, которые служат добычей кошек, потому что паразиту необходимо вернуться в кишечник первичного хозяина76 для размножения, а это кошка.

— Значит, теоретически паразит может быть и у человека?

— Не просто теоретически. В некоторых регионах мира люди довольно часто заражаются паразитом гондии.