Да только где ее взять?

Если верить той самой военной энциклопедии, Бату удалось ликвидировать прорыв немецких танков и прочего Вермахта, и это было максимально возможным успехом. Да, искусству войны нам еще учиться и учиться…

— Товарищ Дубинин, вы меня простите, но я вынужден буду вас покинуть, — напомнил о себе Лерман. — Надо несколько вопросов по службе решить. Пленных много взяли, а особисты у меня… Ну, сами видели — за ними пригляд постоянный нужен. Я пойду, а вы здесь посидите. Вот я вам бойца оставлю. — Гэбэшник махнул рукой в сторону худого красноармейца. — Его зовут Федор, фамилия Емельяненко. Что будет нужно — поесть или попить или по нужде — он обеспечит. Это не конвой, упаси… хм… бог! Просто даже после переодевания вы… мало похожи на военнослужащего РККА, а люди в штабе после боя нервные…

— Да я все понимаю, Анатолий Абрамович, — кивнул я. — Не буду бродить по расположению, здесь посижу.

Солнце в затянутом дымом небе начало ощутимо клониться к западному горизонту, когда с той стороны показалась обляпанная грязью полноприводная «эмка» и с заднего сиденья неуклюже выбрался, как медведь из берлоги, живой и визуально невредимый генерал-майор Владимир Петрович Бат.

У меня чуть сфинктеры не сработали от облегчения.

— Дубинка! — взревел Бат и набросился на меня.

— Батоныч! Осторожно, бегемот, меня в левую цапануло!

— И меня! Ровно в одиннадцать нуль-нуль! Я как раз на часы глянул, и тут — раз! — болванка в башню. И мне осколком брони по руке, как бритвой — ших! Ха-ха!

— Это надо же, а? И меня в одиннадцать! Только пулей.

Расцепившись, мы с улыбкой посмотрели друг на друга.

— А ты уже слышал, как мы им врезали?

— Я так даже и видел! Мы как раз на опушку леса вышли, а на поле прямо вторая «Прохоровка» шла!

— Погоди, кто это — мы?

— Я не один провалился! — усмехнулся я. — Я с… женщиной провалился.

— Опаньки, узнаю друга Виталю! — расхохотался Батоныч. — Познакомишь?

— Она сейчас в медсанбате.

— Ранена? — с тревогой в голосе спросил Володя.

— Нет, она врач. Сама вызвалась твоим медикам помочь.

— Молодец! — искренне похвалил Бат. — Пошли туда, мне все равно надо нормальную перевязку сделать, да и тебе не мешает повязку сменить.

Медсанбат находился метрах в пятистах от штаба. И зрелище представлял пугающее — все пространство вокруг двух больших палаток с красными крестами занимали сотни лежащих, сидящих и ковыляющих людей, замотанных в окровавленные бинты. И где в этом царстве скорби искать Светлану? К счастью, искать «фройляйн Сморкалову» не пришлось — женщина стояла возле входа в палатку. И тоже пугала своим видом — белый халат заляпан кровью так, словно его хозяюшка побывала на бойне. Впрочем, по сути, так оно и было.