С тумбочкой.

— Да вы не волнуйтесь так, господин полковник, — сочувственно сказал усач. — Ничего страшного не произошло. Да, вы стали агентом НКВД, и что? Возможно, вас можно счесть предателем по отношению к фюреру, но Гитлер — это политический бандит, виновный в гибели миллионов человек. Считайте это парадоксом, если хотите, но именно мы больше всех радеем за будущее Германии! Товарищ Сталин сказал верно: «Гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остается». Мы не хотим убивать и мучить немцев так же, как немцы убивали и мучили русских. Нацистским преступникам полагается суд и казнь, а от вас мы ждем иного — помощи. Помогите нам как можно скорее закончить эту войну, помогите снизить потери с обеих сторон! Вот и все.

— И что я должен делать для этого? — глухо спросил Гелен.

— Передавать в Центр секретные донесения, добытые вами, — хладнокровно объяснил усач. — Ведь вы же являетесь адъютантом генерала Гальдера, начальника генштаба сухопутных сил?

— Уже нет! — мотнул головой Гелен. — Сейчас я возглавляю отдел разведки. Но доступ к Гальдеру у меня остался.

— Ну вот и отлично! О связниках, явках, паролях мы поговорим чуть позже. Можно в этом же кафе — здесь нет прослушки. Проверено.

— Получается, — проговорил Рейнхард напряженным голосом, — что я буду работать на вас — во вред нацистам, но на благо немецкой нации?

— Вы совершенно правильно сформулировали ту задачу, которую вам придется решать. Хочу уточнить один момент — вы не простой агент, который таскает нам совсекретные сведения за плату. Это пошло. Впрочем, если вам потребуются деньги — на подкуп или для важной поездки, то вы их получите. Но это всего лишь часть вашей будущей работы.

Помолчав, Гелен спросил:

— И какой вы видите будущую Германию?

— Верной союзницей СССР? — дернул губами Рейнхард.

— А вот это решать самим немцам! Для нас важно покончить с нацизмом, устранить угрозу уничтожения или порабощения для советского народа.

— Хорошо! — выдохнул Гелен. — Я согласен. Для меня очень важно, чтобы у Германии было достойное будущее. И если для этого нужно работать на советскую разведку, я буду это делать.

Усач серьезно качнул головой.

— Вы не представились… — Рейнхард вопросительно глянул на русского резидента (а кто еще это мог быть?).

Незнакомец наметил улыбку и отрекомендовался:

— Макс Отто фон Штирлиц.

Обговорив детали следующей встречи, Гелен и Штирлиц по очереди покинули кафе.

…Рейнхард шагал пружинистой походкой, расправив плечи и скупо улыбаясь. Меланхолия прошла, выветрилась, зато внутри затеплилась надежда, что кошмар 2015 года никогда не произойдет наяву.

А уж он постарается!

Утром я, как обычно, встал рано.