— Мы ведь и к врачу сходили, и…

— И к психиатру! — добавил Дмитрий. — Они сказали, что проблема не в нашем здоровье! Но ведь это еще не все!

— Это был только самый первый сон! Он при-снился нам шестого сентября! — сказал Николай. — После него прошло два дня, и похожие сны стали приходить каждую ночь!

— Я даже боюсь представить, что вам там мерещилось! — хихикнул я.

— Таких ужасов уже не было, но странного хватало! — поджал губы Николай. — После снилось, что мы каких-то ветеранов опрашивали. По технологиям создания ракет, танков, самолетов. А потом вам и Владимиру Петровичу докладывали.

— А мне такой случай пригрезился — будто сижу я в каком-то помещении, называемом «дежуркой», и смотрю неприличный фильм по телевизору, и вдруг телефон звонит. И вроде бы Сталин просит позвать к аппарату вас или товарища Бата, — сообщил Димон. — Вы прибегаете, выгоняете нас из дежурки и почти два часа с ним разговариваете.

— Но все-таки больше всего нам война снилась — какие-то горы, леса, которые мы почему-то «зеленкой» окрестили, — задумчиво сказал Николай и после паузы добавил: — И враги… с виду — бородатые мужики восточного типа, но мы между собой их звали «чехами». Хотя боевые действия явно не в Чехии шли!

— Военная форма на нас тоже странная была: с огромным количеством накладных карманов — на рукавах, на бедрах, — добавил Димон. — И почему-то тельняшки, как у моряков.

— Забавно! — хмыкнул я.

— Вы нам не верите? — настороженно спросил Колян.

— Ребята, я вас знаю не так давно, но уверен — вы к таким шуткам не способны, — улыбнулся я.

— Как это — не так давно? — сразу насторожился Николай. — Мы ведь вместе в армии служили! Семь лет в одном подразделении! Я ведь после училища пришел, а вы уже ротой командовали!

— На самом деле с вами служил другой Виталий Дубинин! — признался я. — А познакомился я с вами как раз в том подъезде. И вы… вернее, ваши двойники действительно были бандитами и отвезли меня к своему главарю — Батонычу. К моему счастью, обошлось без пыток…

Парни обалдело молчали, и только через пару минут Николай, пришедший в себя, как более образованный, чуть раньше друга, негромко сказал:

— Мы предполагали, что эти сны — правда, но думали, что все эти события происходили в какой-то параллельной реальности. А оно вот как, оказывается…

— Мы думали, что эти сны — намек, который поможет найти Владимира Петровича! — покачал головой Димон. — А теперь я даже и не знаю, что делать…

— Мы надеялись, что вы, Виталий Дмитрич, все-таки что-то знаете о пропаже шефа! Иначе почему вы уже месяц вокруг Минска болтаетесь? Он ведь не пропал без вести во время охоты вместе с Кариковым? Он ведь жив? Верно? — Колян заглянул мне в глаза, и я даже устыдился малость — такая у него вера светилась да надежда.