А ты все продолжаешь отпускать эти чудовищно недоброжелательные замечания. Если не будешь вести себя должным образом, все светские матроны объявят тебя несостоявшейся невестой, и ты окажешься в весьма плачевном положении.

– Думаю, это только часть моей проблемы.

– Какова же другая часть?

– Я совсем не женственная и не грациозная. И, увы, похоже, никто меня даже не замечает.

– И тебе это не нравится? – Джеймс усмехнулся.

– Да, ужасно. И я охотно признаю это. Мне кажется, я смогла бы привлечь многих мужчин, если бы мне позволили просто быть самой собой. Но с розовыми оборками и жемчужными украшениями я похожу на мужчину еще больше, чем обычно.

И хуже всего то, что я чувствую себя уродливой.

– Не думаю, что ты походишь на мужчину, – сказал Джеймс, наконец-то внимательно осматривая ее с головы до пят.

– Но та балерина, за которой ты ухаживаешь…

– Тебе не полагается ничего знать о Белле! – перебил Джеймс.

– Почему же? Мы с мамой были на Оксфорд-стрит, когда ты проезжал с ней в открытом экипаже. И мама объяснила мне все. Она даже знает, что твоя любовница – балерина. Странно, однако же, что ты взял себе любовницу, которую все знают – даже такие люди, как моя мать.

– Не могу поверить, что миссис Саксби сказала тебе такую чушь.

– Какую? Она что, не балерина?

Джеймс нахмурился и проговорил:

– Ты должна делать вид, что таких женщин, как она, вообще не существует.

– Не глупи, Джеймс. Леди всё знают насчет любовниц. И ты к тому же пока не женат. Вот если будешь продолжать это, когда женишься, – тогда я ужасно на тебя разозлюсь. И обязательно расскажу твоей жене. Так что берегись. Я этого не одобряю.

– Беллу? Или супружество?

– Женатых мужчин, разъезжающих по Лондону в компании роскошных блондинок, мораль которых крайне низка, – заявила Тео.

Джеймс уставился на нее с удивлением, а она добавила:

– Сейчас все это вполне приемлемо, но тебе придется бросить Беллу, когда женишься. Или ту, которая ее заменит к тому времени.

– Я не хочу жениться, – сказал Джеймс.

Тео послышалось в его голосе какое-то мучительное напряжение, и это заставило ее внимательно посмотреть на него.

– Ты поссорился с отцом, не правда ли?

Джеймс снова кивнул.

– Он не пытался размозжить тебе голову тем серебряным подсвечником? – продолжала Тео.

 – Крамбл сказал мне, что уберет его оттуда, но я заметила, что вчера он был еще там.

– Отец разбил фарфоровую пастушку.

– О, это хорошо. Крамбл накупил их целую кучу на Хеймаркет и расставил на видных местах по всему дому в надежде, что твой отец будет швыряться ими, а не чем-нибудь ценным. Он будет очень доволен, что его план удался. Так о чем же вы там скандалили?

– Он хочет, чтобы я женился.

– Правда? – Тео была неприятно удивлена.