Настраиваю комфортную температуру в салоне машины, искоса поглядывая на Полину. Молчит. Ежится и плотнее кутается в тонкий шарф. Я ведь могу положить все к ее ногам… Одеть в меха и красивую одежду, а лучше окутать своими объятиями – они греют куда лучше… Если бы только она позволила. Но я молчу, продолжая играть в благородство. Хочу прижать к груди и целовать губы, зарываться в темные, как горький шоколад волосы и пить дыхание. Я хочу этого, а не фикцию.

– Ты уверен, Родион, – нарушает она молчание. – Зачем тебе это все? Мои проблемы и… чужой ребенок. Ты столько со мной возишься, что…

– Перестань, пожалуйста. Я говорил, что не могу позволить семье отца страдать, вот и все, – лгу и не краснею. Крепче сжимаю руль, избегая ее направленного взгляда.

– Ладно. Если понадобится развод, только скажи. Я все подпишу.

Черт… А если не попрошу? Ты снова будешь меня шарахаться? Чувствую себя мальчишкой, боящимся тронуть девушку… Другая бы… Поля не другая, вот в чем дело.

В ЗАГСе нас ждут. Караваев предусмотрительно позвонил и предупредил о нашем визите. Торопливо паркуюсь возле здания и помогаю выйти Полине. Оплачиваю пошлину в банке, расположенном по соседству.

– Регистрация на следующей неделе, – сообщает улыбающаяся женщина в нарядном голубом костюме.

– А раньше никак нельзя? – неожиданно для меня произносит Полина.

– Да, – соглашаюсь я. – Егор Львович не говорил о… У нас имеются некие обстоятельства.

– Сейчас посмотрю, – регистратор нарочито медленно листает журнал. Мне же хочется вырвать его из ее рук и выбросить к черту! Или вписать дату регистрации сегодня!

– Через два дня. Устроит? Регистрация неторжественная, – добавляет она.

– Мы согласны, – отвечаем в унисон, взглянув друг на друга.

Возвращаюсь к машине, на расстоянии чувствуя беспокойство Полины. Усаживаюсь за руль и решительно произношу:

– Ты как хочешь, а я еду в магазин женской одежды. Не позволю тебе мерзнуть.

Господи, как же стыдно… Я себя нищенкой чувствую. Или бомжихой на вокзале, кутающейся в драное пальто. Его я тоже «отхватила» в храме. И как теперь реагировать на щедрое предложение будущего мужа? Вдыхаю побольше воздуха, чтобы ответить, но за меня отвечает тело… Приступ кашля нарушает повисшую между нами тишину.

– Вот видишь? Я, между прочим, не забыл про твой тюремный букет: недоедание и переутомление. Так что отказы не принимаются, – произносит Родион тоном, не терпящим возражений. Выруливает с парковки и бросает на меня осторожный взгляд, ожидая ответа.

– Я уже столько должна вам, – отвечаю чуть слышно.