Конечно, это неправильно, наверное…

Он подходит слишком близко.

— Это неправильно! — мотаю головой я и кошусь на Алису: она прыгает на батуте и радостно вскрикивает при каждом прыжке.

Голова начинает болеть. Мне становится слишком жарко. То ли солнце так сказывается, то ли снова начинает подниматься температура, но я снова вся горю. Хочется окунуться в таз с ледяной водой и остаться в нём. Виски сдавливает. Уже и давление меня мучает? Перед глазами всё плывёт, и я подаюсь вперёд, успев ухватиться за мужчину, стоящего рядом. Со стороны может показаться, что я повисла у него на шее, но я никак не могу проконтролировать это. Кажется, что вот-вот рухну и распластаюсь без сознания.

— Ну… Я, конечно, рассчитывал, что мы с тобой найдём общий язык, но думаю, что на рабочем месте лучше воздержаться… — смущается Беркут, а через пару мгновений понимает, что я не в объятия к нему бросилась: — Лиз, ты в порядке? Ты же горишь вся!

— Нет… Мне плохо! — шепчу пересохшими губами.

Наверное, мне не следовало активничать и нервничать…

Я ведь вчера чуть было не умерла от ужасного состояния и сильнейшей температуры! Следовало быть хоть чуточку осторожнее!

— Пожалуйста, отведи Алису домой! — шепчу я и пытаюсь отстраниться от мужчины, но едва делаю это, как земля под ногами плывёт, и тошнота подкатывает слишком быстро.

— Что за разврат на рабочем месте? — разрезает тишину сухой голос Марата, и я хочу обернуться в его сторону, но не могу.

Даже рот открыть не получается.

Что это на меня накатило такое?

— Марат Ринатович, это совсем не то, что вы могли подумать! Лизе стало плохо! Она горит вся!

Марат приближается ко мне, трогает лоб, а уже через несколько мгновений я оказываюсь на его руках.

— Лисёнок, пойдём скорее в дом, Лизе плохо. Мы должны вызвать доктора, — зовёт дочь Марат, а я хочу сказать ему, что всё нормально, но не могу.

Кажется, раньше у меня никогда не было такого состояния, так что же случилось теперь? Почему так плохо? Невольно начинаю думать, что это какая-то чёрная магия, колдовство… Марат поднимает меня в спальню и укладывает на кровать. Всё происходит слишком быстро. Я чувствую, что он весь дрожит, словно боится, что я умру прямо на его руках.

— Спасибо! — шепчу я, когда голова оказывается на подушке.

— Что же ты творишь, Лиза? Я ведь говорил тебе — постельный режим! — отчитывает меня Марат.

Маленькая Алиса приносит мне стакан воды, и на глаза наворачиваются слёзы от такой заботы.

— Какая ты у меня чуткая! — хвалит дочь Марат. — Сегодня мы должны позаботиться о Лизе. Она болеет, и мы станем её поддержкой! Сейчас я вызову доктора, а ты наблюдай, чтобы она лежала! Если вдруг что-то потребуется, зови меня. Хорошо? И обязательно ругай Лизу, если она снова попытается встать.