Волшебное здание устремлялось своими острыми гранями в небо. Самый большой и толстый шпиль скрывался за плотными тучами, намекая на свою бесконечность. Стоящее посреди бушующих темных вод строение поражало мощью и элегантностью. Вокруг более низких башен кружили птицы, прячась в окружающем мраке.

Сам дворец испускал переливающееся сияние цвета морской волны. Оно завораживало, манило к себе. Но доступ к зданию обеспечивали всего три каменных моста на невероятно высоких опорах. Как я догадалась, мы двигались к одному из них.

Оказавшись перед мостом невероятной длины, мы остановились, так как дорогу перекрывали кованые металлические ворота, узоры на которых постоянно двигались и изменялись. К командиру нашего отряда подошел дроу («Охранник!» – догадалась я), и они тихо зашептались.

– Это страж врат, – пояснил Морану, оказавшийся с правой стороны от моего экипажа. – Я как приближенный к правителю могу пройти врата без проверки, но, так как пока мы держим ваше прибытие в строжайшей тайне, позволим воинам разобраться самим.

– А разве они не видят меня в карете?

– Нет, иллюзия, созданная его величеством, настолько мощная, что пробиться сквозь нее невозможно. Сейчас для стражи в экипаже сидит благородная темная эльфийка.

– Иллюзия? – переспросила я, заинтересовавшись новыми подробностями, о которых до этого не слышала.

– Это магия, направленная на изменение восприятия реальности. Король заколдовал карету и пожелал, чтобы все, кто посмотрит внутрь, видели лишь необходимый ему образ, а не реальность. В каждом из нас присутствует эта магия. Как вы знаете, Кейси, ходят слухи, которые во многом соответствуют истине, они говорят, что любой эльф имеет изъян, и чем красивее, идеальней эльф, тем страшнее его изъян.

– Да, я слышала об этом. И склоняюсь к мысли, что сказанное – правда. Говорят, что сама богиня наказала вас за самовлюбленность и эгоизм.

– Так вот, иллюзия – это наш способ обойти проклятие.

– Хм, значит, ваш правитель пока не желает афишировать, что он пошел на переговоры с людьми? Но иллюзия будет скрывать меня, только пока я сижу в экипаже?

– Не могу знать. Решения правителя невозможно предсказать или просчитать, так же как и его силу.

Пока мы вели беседу, один из сопровождающих нас всадников приложил руку к воротам. Вскоре из-под его ладони потекла струйка крови, но движение плетений на створках отвлекло меня от этого. Рисунки настолько быстро двигались по огромному кованому пространству, что невозможно было отследить, куда перебрался тот или иной узор. Постепенно их перемещение прекратилось, раздался щелчок, и створки медленно отворились. Экипаж тронулся, и я отвлеклась от размышлений об иллюзиях на невероятное зрелище, открывшееся моему взору.