Красивые обещания могут быть обманчивыми. Все, что я слышу в словах Крю — это правда. Не уродливая, а настоящая.

Прежде чем мой усталый мозг успевает придумать ответ, он встает и уходит.

— Поспи немного, Роза.

Дверь спальни закрывается, и я остаюсь одна в темноте. Я понимаю, что, возможно, вам не обязательно уже испытывать что-то, чтобы знать, что вы испытываете это в первый раз. Мой эмоциональный опыт общения с мужчинами смехотворно ограничен. Я была так занята тем, что учила себя не причинять себе боли, что никогда никого не подпускала близко.

Крю Кенсингтон не просто способен причинить мне боль.

У него есть сила уничтожить меня, если он когда-нибудь решит ею воспользоваться.

Я бегаю по беговой дорожке, когда звонит Ашер. Я не решаюсь ответить. Я плохо спал в комнате для гостей, в которой раньше жил. Скарлетт все еще спит. Я не хотел беспокоить ее прошлой ночью.

Когда он звонит во второй раз, я отвечаю. Прежде чем успеваю сказать хоть слово, он спрашивает:

— Что, черт возьми, происходит? Это правда?

— «Кенсингтон Кансалдид» под следствием за инсайдерскую торговлю?

От шока у меня леденеют конечности. Я чуть не падаю лицом вниз.

— Что? Где ты это услышал?

— Лучше спросить, где я об этом не услышал? Это повсюду, Крю. Газеты, телевидение, интернет. Ведущая история. Первая страница. Мне пришлось войти в офис через черный ход, чтобы избежать встречи с пятьюдесятью репортерами снаружи.

Нам нужно еще поговорить завтра, Крю.

Осознание обрушивается на меня, как мешок с кирпичами, когда я вспоминаю прощальные слова моего отца во время нашего последнего разговора. Он говорил не о Скарлетт или Кэндис. Ужас пробегает по моему позвоночнику.

Я выключаю беговую дорожку и падаю на пол, тяжело дыша. Поговорим о дерьмовых новостях этой недели. Мой брат потенциально сделал ребенка нашей мачехе, у Хэнсона Эллсворта сердечный приступ, а теперь еще и это.

— Я не знаю, — признаюсь я.

— Разве ты не со своим отцом?

— Нет. Вчера у отца Скарлетт случился сердечный приступ. Мы вернулись в Нью-Йорк.

— Черт. Хэнсон выживет?

— С ним все должно быть в порядке.

На мгновение воцаряется тишина.

— Это пожар с пятью сигналами тревоги, Крю. Люди в панике. Телефоны звонят без умолку. Акции упали.

— Кто первым рассказал это?

— Не знаю. Зачем тебе это?

— Мне нужно, чтобы ты это выяснил.

— Крю, это дерьмо повсюду. Дискредитация одного источника не приведет к...

— Правда это или нет, но кто-то слил информацию, — перебиваю я. — Я хочу знать, кто.

— Хорошо. Я немного покопаюсь.

Я вешаю трубку и звоню своему отцу. Голосовая почта. Звоню Оливеру. То же самое.

Мое убеждение растет. Они знали об этом. Они оба.

Мой следующий звонок — Бренту Парсонсу, руководителю юридической группы «Кенсингтон Кансалдид».