Как бы ни пытался повелитель ей объяснить, что к чему, зачем они ему нужны, почему ты не сможешь быть счастлива, если их уничтожить, она упрямится. Гранад не сможет принять твой брак с драконом, Алеся.

— Она не может, не хочет и не станет этого делать, — согласился с мнением жены Николай Ивванович. — Потому её заперли. Прости, не мы должны были тебе это рассказать.

— Ты сама потребовала правду. Мы — те немногие, кто её знают, — не преминула уколоть женщина, которая в детстве была мне второй матерью, а оказалась такой же фальшивкой, что и первая.

То ли тьма в крови, то ли растоптанные в пыль розовые очки — не знаю, что именно сработало, возможно, всё вместе, — но я со всей отчётливостью поняла то, о чём хотел, но не смог сказать отец.

Выходит, их с Гранад история не так однозначна, как могла показаться. И почему я позволила себе так обмануться?

— Достаточно. Благодарю за ответы, — произнесла, отодвигая стул и поднимаясь. — Таня, прости, я не могу задержаться. Не переживай, со мной всё будет хорошо, даже если меня вновь запрут на Муусанде. Я вижу тебя с Ликсом, вы будете счастливы вместе…

— Леся, ты что, прощаешься со мной? — не на шутку испугалась Таня, подскочила и вцепилась в мою руку. — Не бросай меня!

На глаза навернулись слёзы, несмотря на скользящую по венам тьму.

— Я не бросаю. Но я не на всё могу повлиять и тем более не могу предсказать действия отца. Меня очень жестоко обманули, и я должна расставить все точки над «i», прежде чем идти дальше. Тёмные живут долго, у меня есть Светлячок. Не переживай, Таня, никуда ты от меня не денешься.

Прозрачные капли прочертили дорожки на щеках подруги, я же сдержалась. Больше я не могу быть слабой.

Все вокруг играют в свои игры, и я достаточно в них поучаствовала. Настало время устанавливать свои правила.

Я — огненная тёмная. Принцесса. На моих плечах ответственность, сбросить которую я не имею морального права. Достаточно я отнекивалась, чего–то стеснялась, смущалась, не хотела пользоваться властью. Думала, могу сбежать от проблем, жить с любимым тихой–спокойной жизнью. Да я к ней просто не приспособлена! На сколько там дней меня хватило? Даже заговоренная планета и сотня целителей не удержали меня в плену «счастья и равновесия».

«Хороший урок, папа», — отправила ему мысль, зная, что он её услышит. — «Как говорится, вместо тысячи слов».

Он наглядно показал мне, что такое дистанцирование от проблем. Пока я сидела на Муусанде, мои друзья страдали. На Луцане едва не случился переворот. Мир Као–сар–Ди, лишившись моей поддержки, тоже мог быть захвачен теми же демонами, к примеру. Родители Тани неспроста здесь сидят, может, присматривают за планетой по распоряжению повелителя. Для моего спокойствия.

Папа, хватит уже в нём сомневаться, действительно меня любит.