— прошептала она.

— Давай раз и навсегда поставим точку в этом вопросе. Во-первых, мой развод с женой — дело решённое, и, честно говоря, ты к нему не имеешь никакого отношения, так как с самого начала это было самым идиотским решением в моей жизни. Во-вторых, я никогда не оскорблю любимую женщину предложением стать моей любовницей. Это понятно?

— И в-третьих, я никогда не позволю своему ребенку расти без отца. Кстати, Лариса подписала все бумаги, и завтра я заканчиваю тут дела. Поэтому, Катюш, будь хорошей девочкой и пришли мне этот долбанный адрес, где ты живёшь! Я уже не могу без тебя.

Я хочу тебя во всех смыслах этого слова, хочу навсегда. Мы и так потеряли много времени.

— Саша, — её голос стал серьезным. — Я ещё раз говорю, что ты ошибаешься. Возможно, я просто похожа на девушку, о которой ты говоришь, но это не я. Мы никогда не знали друг друга. Я правда тебя не знаю.

— Может, ты просто меня не помнишь, родная?

— Нет! Я бы не смогла тебя забыть!

— Тогда скажи мне, пожалуйста, откуда я знаю, что на букве «А» выгравировано «Ты моя навсегда»?

Она задышала, шумно втягивая носом воздух. Зрачки расширились.

— Ты не можешь этого знать! — прошептала она.

— Я не мог бы этого знать, — тихо сказал он, — если бы не я выгравировал эти слова. Ты моя навсегда, Катюша. Ты всегда была моей. Кстати, Ираида перенесла встречу на десятое. Я выясню всё, что с тобой произошло.

— Саш, давай просто оставим всё в прошлом. — Катя сглотнула.

— Нет, родная, я не позволю никаким демонам прошлого стоять между нами. Завтра я вылетаю. Пришли мне адрес.

— Катя? Солнышко, ну пойми ты, наконец. Я всё равно тебя найду, или ты сама сдашься. Скоро ночь, ты готова к тому, что я опять приду к тебе? И как ты сказала? Буду брать тебя по-всякому? А потом это будешь делать со мной ты.

Ты будешь брать меня по-всякому. Пока мы потные и обессиленные не упадем на влажные простыни. Но даже тогда я всё ещё буду находиться в тебе.

Она покраснела вся, даже милые розовые ушки стали красными.

— Прекрати, Саша. — прошептала она

— Никогда. Кстати, — он стал серьезным, — Ираида с тобой?

— Надеюсь, не настолько рядом, чтобы слышать наш разговор, родная?

— Передавай привет. Скоро мы будем вместе, Катюша. Я тебе обещаю.

Он поднял руку и провел по экрану.

— Екатерина Владимировна. Вы готовы?

Он увидел, как она подняла голову и кивнула.

— Скажи мне, — тихо попросил он, — скажи мне это.

— Я люблю тебя, — прошептала она и отключилась.

Алекс встал и вышел на террасу. Он помассировал затекшую шею и несколько раз глубоко вздохнул. Город уже съели сумерки. Воздух был влажным и соленым, со сладким ароматом гибискуса. Мир наполнился стрекотанием цикад и сверчков. Море тихо, маленькими волнами, накатывало на прибрежный песок и с шорохом отступало.

Алекс закурил.