— Ты маленькая сучка! — Натэлла села в такси и повернулась к рыдающей Кате. — Если только этот щенок успел залезть тебе под юбку, я его засажу раньше, чем наступит завтрашнее утро, ты меня поняла?

— Мама! Мы ничего не делали! — всхлипывала Катя.

— Вот это мы сейчас и проверим! — она повернулась к шоферу. — Джанилидзе, приёмный покой.

Достала телефон и набрала номер.

— Изольда Романовна, вы сегодня на дежурстве? Отлично. Будем у вас через полчаса-час. Катьку везу. Да, нужно проверить и прочитать лекцию о беспорядочных половых связях. Супер! Скоро будем.

— Мама! Ну пожалуйста!

— Заткнись, шалава. — прошипела мать.

Катя подняла глаза и поймала в зеркале заднего вида сочувствующий взгляд водителя.

К НИИ они подъехали уже через полчаса. Натэлла выволокла дочь из такси и потащила к дверям приёмного покоя.

У дверей их уже ждала мужеподобная докторша лет пятидесяти.

— Натэлла, рада тебя видеть. Это она? — докторица пренебрежительно смерила Катю ледяным взглядом.

— Да! Забирай её, пока я эту тварь прям тут не прикончила!

Изольда Романовна схватила Катю за руку, пребольно сдавив предплечье, и потащила за собой в кабинет.

Катя в ужасе смотрела на странное сооружение, стоящее в центре освещённой комнаты.

— Раздевайся и залезай! — крикнула Изольда.

— Куда? — заикаясь, спросила она.

— Я не знаю, как. — прошептала Катя, чувствуя, как пожаром горят щеки.

— Как ноги раздвигать знаешь, а как в кресло залезать нет? — хохотнула врачиха. — Давай быстро! Живо скидывай с себя всё!

Катя послушно разделась до нижнего белья и встала солдатиком рядом с креслом.

— И что это? — прищурилась Изольда. — Снимай трусы и садись. Ноги расставляй пошире, вот сюда. Давай, живо!

Катя легла в кресло и отвернулась, закрыв глаза. Слёзы текли из-под ресниц, капая на голубой кафель кабинета.

Она почувствовала прикосновение холодного металла и дёрнулась.

— Ну-ка, лежи спокойно! Так.

Докторша возилась между ног, надавливая на живот, засовывая что-то в неё и хмыкая.

Катюша буквально стекла по креслу и, схватив вещи, нырнула за ширму, поспешно натягивая на себя нижнее бельё. Зубы стучали от страха и обиды.

— Ну как? — голова Натэллы появилась в дверях.

— Закупорена, как бутылка шампанского, Ната. Никто её не трогал, но мазки я взяла, мало ли что!

— Отлично. Повезло гаденышу! Я подожду, пока вы тут закончите.

Катя оделась и села на жёсткий стул. Изольда прищурилась и грубо сказала:

— Запомни, маленькая дрянь, каждый раз, когда будешь ложиться на спину, вспоминай этот день! Вся возня под одеялом — это грязь и позор! Выйди замуж и предавайся блуду с мужем! Тебе всё понятно! Трахом нужно заниматься только для того, чтобы появились дети, а всё остальное — это грех! Ты поняла?

— Да. — тихо прошептала девочка.