Следующие пятнадцать минут я слушаю, как генеральный директор бесстрастно обрисовывает планы на день. Собравшиеся ловят каждое его слово. Несомненно, он уверен в себе, напорист и невероятно умен.

И пусть я умудрилась вляпаться в эту запутанную ситуацию, нужно как-то из нее выбираться.

Впрочем, между нами все кончено, так что не стоит беспокоиться.

– Спасибо, на этом все. Каждый день в половине пятого жду от вас отчет, – сообщает он мужчинам из отдела расследований.

– Да, сэр, – поднимаясь, отвечают они.

Я же не двигаюсь с места. Мне уйти? Остаться?

– Эмили, задержитесь на минутку, пожалуйста, – просит Джеймисон; сердце пропускает удар.

– Отведите Джейка на свой этаж. Скажете, что он новенький и вы вместе проходите программу обучения.

Я ловлю его взгляд. Он безучастно смотрит на меня в ответ; его глаза – словно кристаллы льда.

– Конечно, – улыбнувшись, поворачиваюсь к Джейку. – Готовы?

– Показывайте дорогу, – весело отзывается он. – После вас.

Я выхожу из офиса, топча лодочками на высоком каблуке осколки собственного разбитого сердца. Что ж, вот и финал.

С ним покончено. Я так хочу. И всегда добиваюсь желаемого.

Я сижу в кафе за столиком у окна. На той стороне улицы возле здания «Майлз Медиа» ждет лимузин. Неделя выдалась долгой и тяжелой, а сегодняшний день кажется особенно безрадостным.

Четверг, массажный день.

Я так и вижу намазанного маслом Джеймисона, лежащего на столе, и другую женщину, скользящую руками по его телу.

Разум, играя со мной злую шутку, подбрасывает худший порносценарий из всех возможных; внутри все сжимается.

Джим… и касающаяся его другая женщина.

Она сама одета, пока массирует его? Они разговаривают? Вместе смеются, как мы?

Пора заканчивать истязать себя.

Водитель распахивает входную дверь в здание. Словно в замедленной съемке, наблюдаю, как на улицу выходит Джеймисон Майлз в темно-синем костюме – темноволосый, уверенный в себе, излучающий силу.

Все вокруг, будто по команде, замирают, наблюдая, как он садится на заднее сиденье лимузина. Водитель закрывает дверцу, автомобиль медленно трогается, вскоре вливается в поток машин и исчезает из вида.

Я бросаю взгляд на лежащий передо мной поджаренный сэндвич с ветчиной и сыром, сегодняшний ужин, но аппетит уже пропал.

Меня наполняет отчаяние.

В пятницу в три часа дня изучаю открытую на экране компьютера фальшивую историю. Что за ирония судьбы! Я переехала в Нью-Йорк, чтобы сочинять новости для одного придурка и его дурацкой медиакомпании вкупе с идиотскими братьями.

Я с силой ударяю по клавишам компьютера.

«Придурок, придурок, чертов придурок», – мысленно твержу я.

И стоило из-за этого столько лет учиться в университете. Впрочем, родители, должно быть, мной гордятся.