Через десять минут мы уже подъезжаем к моему дому.

– Спасибо. – Я вылезаю из машины и, обернувшись, протягиваю Джеймисону двадцать долларов.

Он лишь раздраженно отмахивается и сообщает:

Держась за руки, мы проходим через фойе.

– А где швейцары? – осматриваясь, спрашивает он.

– Здесь нет швейцаров.

– В здании нет охраны? – Он удивленно хмурится.

– Ну почему же, есть. – Я указываю на интерком на стене. – Без разрешения никто не войдет.

Размышляя над ответом, он хмурится еще сильнее.

– Да сюда запросто войдет любой придурок.

– Как и ты сегодня, – усмехаюсь я.

– Точно.

Мы поднимаемся на мой этаж, проходим по коридору. Сердце бешено колотится в груди. Обычно, когда мы вместе, страсть просто ослепляет, порою даже заставляя забыть, как вошли в дом. Сейчас же все по-другому.

Я открываю дверь и впускаю его в квартиру; затаив дыхание, жду, пока он осматривается. Мое жилище совсем крошечное – оно в буквальном смысле поместилось бы у него в спальне.

– Мило, – наконец выдает он.

– Ты не умеешь лгать, – усмехаюсь я.

Ухмыльнувшись, Джеймисон меня обнимает.

– С тобой везде хорошо.

Я ловлю его взгляд, и между нами что-то меняется. Гнев и враждебность уступают место нежности. Передо мной вновь тот мужчина из Бостона.

– Хочешь есть? – спрашиваю я. – Может, закажем что-нибудь через «Убер Итс»? Карамельный чизкейк?

– Какого черта? – потрясенно спрашивает он. – Ты ведь обычно не пользуешься «Убер Итс»?

– Вообще-то все время. – Я пожимаю плечами.

– С-серьезно? – запинаясь, интересуется он. – Ты вот так запросто разрешаешь незнакомцам прикасаться к своей еде?

– А почему нет? Они работают в службе доставки.

– Представь – они видят, что заказ на одного человека, и запросто могут добавить в еду, к примеру, рогипнол, подождать с полчасика, чтобы убедиться, что ты все съела и уже в отключке, а потом вернуться, ворваться в дом и воспользоваться твоим телом. – Он хлопает в ладоши. – Бум-с, самое легкое преступление в истории.

– Что? – У меня вытягивается лицо. Господи, я о таком даже никогда не думала.

– Кстати, это правдивая история, – сообщает он, прохаживаясь по квартире. – Будь я насильником, именно так бы и действовал.

– Что за порочные мысли? Ты хочешь меня впечатлить или испугать?

Джеймисон поворачивается ко мне, лицо его смягчается.

– Впечатлить – для начала.

Я хихикаю, он заключает меня в объятия.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Впечатлил. Почему ты злился на меня всю неделю? – мягко спрашиваю, зарываясь пальцами в темные волосы.

– Потому что ты споришь со мной, – шепчет он. – Мне это не нравится.

Он приникает к моим губам, мягко проводит по ним языком.

– Сейчас я не спорю.

– И чертовски прекрасна. – Он нежно заключает мое лицо в ладони.