В этот миг в кабинет входит Тристан – и тут же застывает, наткнувшись взглядом на меня.

– Эмили, – хмуро бормочет он, окидывая нас троих взглядом.

– Тристан, мне нужно поговорить с Джеймисоном, – с надеждой прошу я.

– Конечно. – Он выдавливает из себя едва заметную улыбку. – Пойдем, Элиот. Сейчас же, – добавляет он, заметив свирепый взгляд младшего брата.

Когда Элиот с Тристаном выходят из офиса, оставляя нас одних, Джеймисон резко поднимается с кресла и подходит к окну, повернувшись ко мне спиной. Господи, как же все исправить?

– Джей, – шепчу я, подходя ближе.

 – Знаю, как это выглядит, но я не виновата… поверь мне. – Он по-прежнему молчит, и я продолжаю: – Джейк поцеловал меня, я дала ему пощечину. Понятия не имела, что нас кто-то сфотографировал, – торопливо объясняю – тишина в ответ. Еще сильнее стиснув челюсти, Джеймисон смотрит на раскинувшийся внизу Нью-Йорк. – Может, ты все же поговоришь со мной? Почему ты заблокировал мне доступ на этот этаж?

Разгневанный, он резко оборачивается.

– Потому что не доверяю тебе! – бросает он.

– Что? – Потрясенная, отступаю на несколько шагов.

– Ты все слышала.

Я тебе не доверяю. Убирайся!

– Джеймисон, знаю, тебе пришлось несладко… – осторожно начинаю я. – На тебя давят со всех сторон…

– Не важно, кто на меня давит! Это здесь вовсе ни при чем! – резко возражает он.

– Клянусь, ты можешь мне доверять.

– Так где ты была в четверг вечером, Эмили? – усмехается он.

– Пыталась найти информацию, – поясняю я, смотря на него полными слез глазами.

– Знаю, кажется, будто…

– Я не могу тебе доверять, – заканчивает он и, повернувшись ко мне спиной, небрежно пожимает плечами. – Сейчас у меня есть дела поважнее, чем выяснение отношений с лживой подружкой.

– Джеймисон, – шепчу я.

– Нам больше не о чем разговаривать, Эмили… Уходи, – спокойно произносит он.

– Нет. Не уйду. Я люблю тебя.

Повернувшись, он окидывает меня холодным взглядом.

– Долго репетировала речь?

Сердце болезненно сжимается. Боже, как же он страдает…

– Не уйдешь ты – уйду я, – предупреждает он и направляется к выходу. Через минуту за ним тихо закрывается дверь.

В наступившей тишине закрываю глаза и делаю судорожный вдох.

Неужели между нами все кончено?

Этого не может быть.

В шесть вечера я сижу в кафе напротив здания «Майлз Медиа» и наблюдаю за собравшимися журналистами – они ждут, когда в дверях покажется Джеймисон. История с денежными переводами со счетов компании наделала много шума; весь мир, затаив дыхание, ждет продолжения. Я же весь день с трудом сдерживаю слезы. Не представляю, что делать, как до него достучаться. Джеймисон отгородился от меня высокими стенами, а учитывая, что сейчас творится, я опасаюсь на него давить, иначе он полностью сорвется с катушек.