Идите в группу номер два, кабинет четыреста тринадцать, четвертый этаж, левый коридор.

— Спасибо, — ответили ребята и направились к двери.

Звонок прозвенел, когда они уже подходили к кабинету. Дверь была открыта, Ваня с Викой вошли в небольшое помещение с одним окном и заняли свободную парту. В отличие от предыдущих двух кабинетов, парты здесь стояли двухместные. Возле двери располагался всего один шкаф, битком заполненный разными пособиями и словарями. Зато вся стена за спинами ребят представляла собой панораму Лондона с его символами: красной телефонной будкой, двухэтажным автобусом, знаменитым Лондонским мостом и, конечно, Биг Беном.

Урок английского у их группы вела худая улыбчивая женщина по имени Глория. И хотя её волосы уже тронула седина, она держалась очень бойко. Глория начала с того, что представилась новеньким, порадовалась, что новичков в этом году аж двое, а потом стала спрашивать всех о прошедшем лете, эмоционально реагируя на каждый рассказ.

Ваня с удовольствием слушал её красивую речь и чистый британский английский. Он отметил, что все ребята свободно говорили с Глорией, не испытывая почти никаких сложностей в подборе слов. Ваня сильно выделялся своим уровнем. Когда Глория спросила его о лете, он от смущения едва смог выдавить из себя несколько простых фраз. Конечно, при поступлении в школу он и английский сдавал, но только письменный тест, к которому тщательно готовился. Сейчас на уроке подтвердилось то, о чём Ваня и так догадывался, — его устная речь оставляла желать лучшего, особенно если сравнивать с остальными. Даже толстячок Бунько, который производил впечатление простого и глуповатого парня, тараторил на английском, как на родном, рассказывая о своих летних приключениях в Китае. Слушая ответы ребят, Ваня снова почувствовал, как в рёбра ему кольнула зависть.

Мама не могла позволить себе нанять для Вани репетитора, поэтому всё, что знал, он выучил сам. Английский в его бывшей школе сводился к тупому переводу и заучиванию текстов, так что Ваня, готовясь к поступлению сюда, занимался по разным учебникам, а ещё заставлял себя смотреть сериалы только на английском. И всё равно был гораздо ниже уровнем, чем ребята, которые учили язык не с репетиторами, не по книжкам, а в путешествиях, в реальной жизни, на которую Ваня любовался только через экран.

Ваня хотел было помалкивать на уроке, но Глория каким-то магическим образом умудрялась разговаривать сразу со всеми, вовлекая каждого обсуждать истории одноклассников, так что Ваню спрашивали так же, как и всех остальных, если не чаще. Ему было неловко, что ребятам приходится ждать, пока он сообразит, как ответить.