Он прекрасен во всем. Я знала это всегда, но сейчас бесстыдно пялилась на могучий торс, на темные волоски, и дышала все чаще, боясь, что помру прямо тут от разрыва сердца.

Вот будет весело, когда проснётся и увидит мое бездыханное тельце.

Поэтому, Саша, нечего слюни пускать! Надо или будить… или для начала приготовить шефу кофе. Зная его любовь к напитку, думаю, что заработаю сто очков вперед.

Понимаю, что должна немедленно идти, но не могу и шагу сделать. До чего же хочется прикоснуться. Хоть чуточку, кончиками пальчиков. Ощутить упругие мышцы, кожу… нет, я даже туда не гляну. Просто потрогаю пресс. Я никогда не трогала кубики."

"Протягиваю руку и тыкаю в левый нижний кубик. Сама не знаю, почему именно нижний. Провожу по нему пальцем, на что внезапно реагирует… нет, не босс, точнее не совсем он… черт! Это так завораживает, что я теряю счет времени. Вот он будет в шоке, если сейчас глаза откроет.

Едва представляю это, тут же беру себя в руки и трусливо сбегаю на кухню, где стоит еще одна моя мечта — кофемашина самой дорогой и престижной марки, которая варит обалденный кофе, и на которую у меня лично никогда не хватит денег. То есть я никогда не избавлюсь от той жабы, что не дает мне ее купить.

Когда все готово и по квартире разносится чудесный аромат, я решаюсь разбудить биг босса.

От волнения голос становится каким-то металлическим и чересчур громким. Напоминаю себе Фросю Бурлакову, заявляя:

— Евгений Витальевич, вы вчера говорили, что утром у вас важная встреча, и я просто обязана поставить вас на ноги, как бы хр… плохо вы себя не чувствовали. — Да он уже проснулся! Ура! — Евгений Витальевич!

— Уйди. Я никуда не пойду. И вообще, ты уволена, вот, — звучит недовольное ворчание. Но эти слова из его уст режут по нервам. Я не готова их слышать даже в шутку.

— Шутить изволите? Отлично.

— Да какие шутки. У тебя есть две недели на отработку. И все прощай, Александра.

— Что?!

Глава 2

Он уходит в ванную, а я даже не реагирую на чудесную голую задницу, стоя в полной растерянности от его последних слов. Он же пошутил?

Однако что-то мне подсказывает, что то была вовсе не шутка. Хочется рвануть следом и заставить его признать, что просто встал не с той ноги.

Разумеется, не делаю ничего подобного. Достаю купленные в кондитерской свежеиспеченные круассаны и наливаю кофе. Он любит, чтобы не очень горячо. Вдруг подобреет, когда поест.

Возвращается Евгений Витальевич в домашних штанах, чуть приспущенных на бедрах, немного ниже приличного, но пока еще закрывающих самое сокровенное. Я сглатываю слюну, глядя на подтянутое тело. Пальцы сводит от воспоминания о том, как недавно касалась его.

Садится за стол напротив и делает большой глоток кофе.

— Себе почему не налила? — спрашивает отрывисто.