Калеб тихо обходит вокруг ее кровати. Она сжимает свою футболку, наполовину уткнувшись лицом в подушку, и снова кричит. Перестав дышать на мгновение, я морщусь. Судя по виду, ей больно. Что…

Волосы спадают на лицо Тирнан, ее кожа влажная из-за выступившей испарины, все тело напряжено словно натянутая струна.

Уставившись на нее, внезапно понимаю.

– Что с ней? – спрашиваю, стоя на пороге.

Калеб лишь отмахивается, прогоняя меня, после чего ложится рядом с Тирнан и притягивает ее к себе. Она сразу же льнет к моему брату, зарывается ему в шею. Ее крики затихают, дыхание начинает выравниваться.

Зевнув, он укрывает их одеялом, будто это совершенно нормально.

Человек, которому снятся кошмары, не должен издавать такие звуки, да? Пока Калеб устраивается удобнее, Тирнан успокаивается, сворачивается клубочком и прижимается к нему, продолжая тихо и мирно дремать.

Он лежит на боку, обнимает ее, пристроив подбородок ей на макушку. Они оба опять проваливаются в сон.

Я наблюдаю за ними. Она знает, что так кричит по ночам?

Знает, что Калеб приходит к ней? Никогда этого не слышал.

Разумеется, Тирнан порой спит в комнате отца.

Может, мой брат приходит, только когда она одна?

В детстве у него тоже случались кошмары, правда он просыпался.

Резкий запах ударяет в ноздри, и я моргаю, услышав собачий лай. Вдохнув, поворачиваюсь к коридору и кривлюсь. У меня почти слезятся глаза.

Пахнет гарью, но мы затушили все камины. Спускаюсь вниз и проверяю, действительно ли огонь погас, затем направляюсь к входной двери. Однако, проходя мимо кухонного окна, замечаю зарево. Прищурившись, останавливаюсь. Какого?..

Рванув на кухню, едва не спотыкаюсь о выбежавших навстречу собак, наклоняюсь над раковиной и выглядываю в окно.

Живот сводит.

– Ох, твою мать, – судорожно выдыхаю я. – Калеб! – ору, развернувшись кругом, и бегу к двери. – В амбаре пожар!

Животные. Амбар рядом с конюшней. Черт!

Я хватаю из шкафа толстовку, натягиваю ее, обуваюсь и достаю из кармана куртки перчатки.

– Калеб! – зову опять. – Поторапливайся!

Его шаги громыхают наверху, он несется вниз по лестнице. Не дожидаясь брата, распахиваю дверь и выскакиваю наружу. Поскользнувшись, цепляюсь за перила, быстро спускаюсь по ступенькам веранды. Снег хрустит под ногами, засыпается сверху в ботинки, которые я не успел зашнуровать.

За сегодня еще 15 сантиметров выпало. Но мне плевать. Я останавливаюсь и смотрю на амбар, не в состоянии пошевелиться. Что за чертовщина? Языки пламени полыхают на крыше. Будет чудом, если вода в шланге не замерзла. В противном случае мы потеряем все. Черт, с чего вдруг начался пожар?

Калеб хватает меня за воротник. Втянув воздух, встречаюсь с ним взглядом. Хмурясь, он дергает подбородком в сторону амбара. Я киваю, взяв себя в руки.