— Привет! Я Эвелин, а тебя как звать? — кивнув Вилме, я, разместившись напротив завтракающего мальчика, видимо, напугала ребёнка своим появлением, — ооо, сегодня каша и отвар, а мёду тебе предложили?

— Давала, да он отказывается, — с тёплой улыбкой заворчала Вилма, — Эви ты хоть скажи ему, вон и пироги с ягодой лежат не тронутые.

— Так как тебя зовут? — снова спросила, делая глоток травяного отвара.

— Гюнтером нарекли, — почти беззвучно прошептал мальчик, убрав руки под стол, он, склонив голову, замер и, кажется, даже дышать боялся.

— Красивое имя — охотник! Ты ешь, очень вкусно и пироги бери не стесняйся, а я пойду.

— Леди… а я здесь останусь? — нерешительно пробормотал Гюнтер, чуть приподнимая голову, он посмотрел на меня взглядом полные надежды.

— Если пожелаешь, — улыбнулась ребёнку, — у нас много мальчишек твоего возраста, уверена, ты подружишься с ними.

— А служить буду вам?

— Нет, Гюнтер, пока ты просто расти и помогай по дому, что по твоим силам, — возразила, прикидывая, сколько ему лет, но так и не смогла определить, решила узнать, — как давно ты у Джозефа?

— Я был отдан в услужение его сыну, но леди Генриетта и маленький господин умерли прошлой зимой от лихорадки, и господин Джозеф забрал меня к себе.

— И сколько тебе зим?

— Девять видел.

— Девять? — деланно удивилась, — я думала не меньше одиннадцати, такой большой. Я поговорю с конунгом, может, ему ещё требуется воин, но, чтобы стать сильным и умелым надо хорошо есть.

— Я буду! Я стану сильным, пусть только возьмёт, — воскликнул мальчишка, схватив ложку, он принялся быстро пихать в рот кашу.

— Обязательно будешь, ты ешь и не торопись, — тихо произнесла, покидая кухню, украдкой взглянула на утирающую слёзы Вилму.

— Эви! Там корабли горят! И ещё одни подплывает! — закричал Сван, вбегая во двор замка с ошалелым взглядом.

— Викар, коня готовь! — распорядилась, быстро спускаясь по ступеням, заметив у дверей конюшни Фроуда, добавила, — едешь со мной! Сван, предупреди Анни, пусть подготовят все для раненых!

Не задерживаясь ни на минуту я и Фроуд, пустив лошадей галопом, устремились к берегу.

Весь путь меня трясло от беспокойства, а мысли метались, ища ответ. Что могло произойти? Чьи корабли горят? Не пострадали дети? Муж? Добрались в считаные мгновения, быстро спешившись я рванула к краю берега и, замерев с ужасом, смотрела на дым, в котором уже ничего не было видно.

— Собрать воинов и выйти в море? — спросил мужчина, тоже обеспокоенно вглядываясь в чёрный густой дым, он через секунду, добавил, — Эвелин, слева каракка Грегора и Эйнара, они остановились и ждут.