— Считайте, мы его только что вскрывали и досматривали. Идём вам навстречу. Цените! — поднимает палец второй сотрудник таможни. — У вас же там нет контрабанды?

Собственник груза и сотрудники таможни идут почти километр к зданию поста мимо вереницы контейнеров, ожидающих очереди на досмотр.

В здании поста сотрудники таможни садятся за большой стол, расположенный буквой "Т", и начинают заполнять какие-то стандартные бланки.

В этот момент в помещение входят четыре человека, внешне очень похожих на собственника груза. Собственник груза при их появлении встаёт со стола, на который присел, и говорит сотрудникам таможни:

— Майор Кузнецов. Национальное Бюро по Противодействию Коррупции. Процедура контроля таможенной границы. — и обращается к вновь вошедшим, — Запись окончена. Деньги вон у того во внутреннем кармане. Зовите понятых и несите лампу — метки сличать.

Вова с Робертом Сергеевичем и Аселей звонят нам минут через пятнадцать после того, как мы расстались у проходной тира, чтоб сказать, что ещё минимум час будут тут.

Мы с Леной решаем их не ждать, по телефону прощаемся и едем домой.

Быстро на две минуты заскакиваю первым в душ и с удовольствием вытягиваюсь на большой кровати, освобождая душ для Лены. Буквально через минуту из ванной слышится Ленин голос:

— Са-а-аш, я возьму твою новую бритву одну?!

— Бери если надо! — кричу, чтоб перекрыть шум воды в ванной. — Стесняюсь спросить, зачем!

Ленина голова на секунду высовывается из-за двери ванной и говорит:

— Можешь в моём телефоне, пока ждёшь, посмотреть последнее сообщение от Аськи. Для любителей естественной красоты…

Лена исчезает за дверью ванной, а я, заинтригованный её словами, делаю, как она говорит.

И смотрю на картинку, присланную Аселей:

— Лен, а это точно женщина?! — спрашиваю, ошалев, через минуту в щель двери ванной.

Точнее не бывает… — бормочет Лена. — Она, как и я, не попала на депиляцию, но у неё не оказалось под рукой новой бритвы своего парня… Всё, мелкий, закрой дверь! Скоро буду…

Переработал, чтоб ГГ не вёл себя, как отморозок. Вопросы с точки зрения законодательства остались, но с точки зрения нашей морали вопросов больше нет.

Мне не спится: когда хотел спать, не дали. Сейчас уже не хочется.

Поворочавшись ещё какое-то время, пытаюсь ещё раз снять бессонницу предсказуемым методом. Но получаю по рукам от Лены, которая, не открывая глаз, говорит:

Ну, утром так утром…

Неслышно выбираюсь из постели, закрываю за собой дверь в спальню и шагаю на кухню. Мой ноут тут, есть что почитать.

Давно назревала необходимость подтянуть теорию. Сейчас эта необходимость совпала с наличием свободного времени. Хотя и среди ночи.

То, что местная медицина не нашла инструментов, не значит, что она не понимает физики процесса.