Его гардероб, карманные деньги и варианты досуга в выходные, когда мать пьяна, должны быть качественными и полноценными. И пятое. Он должен знать, что его любит кто-то из тех, кого он уважает и ценит. Мать на такой объект обожания не канает, сразу говорю.

Лена резко подхватывает сковородку с плиты, ставит её на стол и продолжает:

— Так, кажется не передержала… Мелкий, я уже вижу по глазам твой немой вопрос. Который ты стесняешься задать мне под руку. Потянем.

— ??? — только поднимаю брови в так и не высказанном вопросе.

— Говорю, взять его на буксир, именно сейчас, потянем.

Для начала, выясняй насчёт бокса. Не буду в деталях, но тут все элементы ключевые. Бокс — чуть не главный. Учитывая конкретную клиническую картину.

Дальше Лена отвозит меня в КЛИНИКУ, берёт телефон Тимура и обещает ближайший час уделить ему.

После КЛИНИКИ она ждёт меня на улице. Прогноз по матери Тимура, к сожалению, оправдался.

— Ты знаешь, пацан и правда прикольный. Общительный, не озлобленный, просто приятно работать, — удивленно рассказывает Лена.

— А ты с ним сейчас была?

— Ну да. Позвонила им, мать бухая.

Я заехала. Тимуру сказала, что от тебя. Пошли вдвоём гулять, покормили его в ЛАГМАНе. Потом смотались быстро на Гагарина форму школьную купили, она в багажнике. Отдадим ему лично тридцать первого, чтоб мать не пропила… Потом на аттракционы в ПАРК ГОРЬКОГО. Заодно с ним поработала. Всё равно тебя ждать, заняться нечем.

— Да он здоровее нас… Психически. Не знаю, где выдают такой шикарный ресурс психики.

— Лен, как я тобой иногда горжусь, — наклоняюсь над коробкой передач и целую её в висок.

— Да ладно, подумаешь, — жмурится Лена.

 — Хотя да. Говори, хи-хи. А если серьёзно, материнский инстинкт, Мелкий. К тому же, мы с тобой, видимо, действительно неплохая пара. Всё то, что ты начинаешь считать своим, для меня тоже становится не чужим. Вот твою эту Ануш я как-то не смогла принять. А Тимкой займёмся. По мере сил.

Вечером Сергеевич говорит, что Тимура примут в детскую группу, но только с третьего сентября. Платить ничего не надо.

— Это только для него или в принципе? — интересуюсь за шахматами после тренировки.

— Для всех. Кому нет двенадцати.

 — чётко отвечает Сергеевич. — Лично я ещё рос в те времена, когда платного спорта не было. Все секции были бесплатными. Чемпионы в секции есть, деньги тоже. Драть с малолеток для выживания пока не нужно. С теми, кто до двенадцати, работаем бесплатно. Да и время для остальных неудобное — обед.

Следующие дни сливаются в сплошную карусель, прежде всего из-за Анны. До первого сентября стремимся успеть как можно больше: у неё контрольное обследование перед запланированной операцией.