— Она тебе дорога, — продолжила княжна и поджала губы.

После этого кивнула своим мыслям и направилась к выходу.

— Я не хочу, чтобы ты себя накручивала.

— Сейчас мне не нужно знать, чего именно тебе хочется, — блондинка покачала головой. — Но мне надо знать, что ты хочешь меня.

— Так и есть.

Я взял ее за руку и вернул к себе, чтобы прижать к груди.

— Ты мне нужна.

— Хорошо, — в голубых глазах качнулись искры. — Зайди ко мне перед сном.

— Ты ночуешь с сестрой, — напомнил я.

— Думаешь, она будет против, если ты заглянешь к нам?

Я понял, что прямо сейчас был бы не против присоединиться к сестрам, чтобы сбросить напряжение. Легко представил, насколько бы с ними двумя было хорошо.

— Я подумаю, княжна, — ответил, собственнически целуя мягкие губы.

Юсупова вздохнула и вышла из кабинета. Я же сел в кресло и задумчиво забарабанил пальцами по столу. Потом довольно улыбнулся. Одна из проблем решена. Кристина спасена. А если Калинин все же надумает объявить Юсупову убийцей — что же. Союзу придется искать нового начальника охранки.

Внезапно в дверь коротко постучали. И тут же створка распахнулась, чтобы в комнату скользнула темная фигура.

— Катя? — опешил я, не веря своим глазам.

Она скинула плащ и оказалось, что она все еще одета в платье, в котором была на церемонии прощания.

— Как ты вошла… — начал я, но девушка меня прервала.

— Ты забыл, что я тут работала. И как раз собиралась отдать тебе это.

Она бросила связку ключей на стол.

— Что ты тут делаешь? — осторожно уточнил я, не зная, как реагировать на поздний визит.

— Ты мне не рад? — провокационно спросила Калинина и приподняла темную бровь.

— Я всегда тебе рад. Но что случилось?

— Все, — неожиданно зло выдала она. — Случилось буквально все. Я потерялась, Леш. Понимаешь? Дед решил за меня, что мне делать и как жить. И я подумала, что ему лучше знать. Но…

Ее плечи поникли, а потом девушка прижала к лицу ладони и задрожала. Я наконец вскочил на ноги, обошел стол и обнял ее. Никогда не видел ее такой и потому не знал, как поступить.

— Все хорошо, Катя. Все хорошо…

— Я правда не знаю, что будет завтра. И как жить и что делать. И…

Она вдруг обвила мою шею руками и заставила наклонить голову.

— Ты мне нужен сейчас.

— Кать, — я попытался образумить расстроенную девушку.

— А я тебе нет? — ее голос звучал звонко.

И я вдруг понял, что девушка на грани истерики. Ее глаза блестели от слез, губы дрожали.

— Ты мне очень нужна, — проникновенно произнес я."

"— Знаешь, о чем я жалела, когда ушла с должности твоей секретарши? — она прикрыла веки.

— И о чем же?

— Что ты ни разу не воспользовался мной на своем рабочем столе, будучи босом.

— Ты уверена… — попытался я ее образумить.

— Я не прошу твоей стихии, Карамазов.