Я думаю попросить Кружкина, пусть временно приютит полотно…

Тетушка молча протянула руку и перстеньком черненого серебра затейливо постучала по батарее.

– Азбука Морзе – «Свистать всех наверх!» – пояснила я специально для Коляна, остальные были в курсе принятой в этом доме сигнальной системы.

Вася Кружкин спустился к нам через пять минут. Мы успели накрыть стол к чаю и надежно нейтрализовать кота, выдав ему двойную порцию корма. Вася успел причесать кудри и бороду.

Тетушка, которая свято чтит законы гостеприимства, не позволила нам озадачить художника сразу, пришлось дожидаться окончания чаепития. Зато потом мы быстренько убрали со стола и даже не стали мыть посуду, спеша перейти к делу. Точнее, к телу. Еще точнее – к фрагменту тела.

Картину снова выложили на стол, и Кружкин на нее засмотрелся.

– Ну? Что нам скажет художник?

– Ах, как это по-нашему, по-питерски! – сказал художник с умилением в голосе.

– Вот уж не думал я, что и ты, Вася… – начал шокированный Колян.

– В смысле? – перебила я его.

– Ну, тут же два в одном: обнаженка с расчлененкой, – пояснил Кружкин.

Все посмотрели на полотно с новым – опасливым – интересом.

– Думаешь, натурщик не был целым? – уточнила тетушка, тщательно подбирая слова.

– Да нет же, посмотрите на цветовую гамму: тут нет ни красного, ни синего, – вмешалась Марфинька. – Я думаю, натурщик был жив и здоров. Просто он не поместился в раму весь, целиком. Крупный очень.

Я отметила ее одобрительную интонацию, но зафиксировалась на другом:

– Кстати, да. Я уже чуть раньше думала, что это вряд ли китаец. Великовата натура.

– Вообще ничего особенного. – Колян насупился и стал заворачивать бумажные лепестки обертки, закрывая от наших взглядов картину.

– Погоди, мы еще не закончили, – остановила его тетушка. – Давайте думать, какие имеются версии, соображения, предложения?

– Я вот что думаю: может, китаец нарочно вам это подбросил? – выдвинул свою версию Кружкин. – Вы же только что были на вернисаже в «Худмузе» и, наверное, как раз обсуждали его за едой?

– Конечно, обсуждали. А что?

– А то, что он вас услышал и понял: перед ним истинные ценители прекрасного, вот и решил подарить вам картину. Может, он как раз таким сюрпризным образом несет свое искусство в массы. – Василий откинулся на стуле, очень довольный сделанным умозаключением.

– Свинство это, а не сюрприз, – высказал свое мнение Колян.

– А я вот вижу другой сценарий, – сказала Марфинька и сделала драматическую мхатовскую паузу.

Она бывшая актриса и искренне верит, что вся наша жизнь – игра.

– Просим, просим! – Я нетерпеливо похлопала в ладоши.

– Что, если это была съемка скрытой камерой? – выдала Марфинька.