Вопреки моим опасениям, за ужином царит непринужденная обстановка. Андрей рассказывает мне историю острова Ангилья, которая берет свое начало аж в XVII веке. И рассказывает настолько интересно, что я, сама того не замечая, сижу с широко раскрытыми глазами и ртом.

Он, вдруг, резко замолкает и, протянув ко мне руку, проводит большим пальцем по моей нижней губе, немного на нее надавливая. Я, судорожно втягиваю воздух и инстинктивно прикасаюсь к нему языком.

— Крем от пирожного… — хрипло говорит Андрей, напряженно глядя на меня своим стальным взглядом.

Я вмиг теряю ориентацию, пряча дрожащие руки под столом.

От его взгляда внизу живота жалобно заныло. Бог мой! Что это?!

Андрей спешно оплачивает счет. А я разглядываю его из — под опущенных ресниц и понимаю, что мне в нем нравится все. Абсолютно! Мужественный, брутальный, сексуальный, немногословный и уверенный в себе. Это манит к нему и пугает одновременно. Да, я до одури хочу этого мужчину и до одури боюсь близости с ним.

Совру, если скажу, что слова Влада в одно мое ухо влетели, а в другое — вылетели. Нет, они оставили зарубки на моей самооценке.

«Холодная, фригидная, БРАКОВАННАЯ». Эти нелестные эпитеты на протяжении вот уже полугода преследуют меня. И от этого никуда не деться.

Мы выходим из ресторана, когда на улице уже начало смеркаться. Но, как ни странно, туристов на пляже и у заведений стало в разы больше, чем днем.

Андрей распахивает передо мной дверь авто, помогая усесться, после чего садится сам. Вместо того, чтобы повернуть ключ в зажигании, он всем корпусом поворачивается ко мне и наклоняется критически близко к моему лицу. От волнения я вжимаюсь в кресло и изо всех сил стискиваю в руках свою сумочку.

Замираю и жду, что вот сейчас он меня поцелует, но ничего не происходит. Его лицо настолько близко, что я вижу каждую подрагивающую ресничку, чувствую кожей горячее дыхание.

— Поцелуй меня, — шепчет Андрей.

Я дрожу. Неуклюже дергаю руками, отчего сумочка падает куда — то мне под ноги. Но мы не обращаем на это ни малейшего внимания. Кончиками пальцев трогаю его щетину, затем, не спеша, провожу по четкому контуру губ. Улыбаюсь, потому что он снова угадал мои мысли. Это то, о чем я мечтаю со вчерашнего вечера.

Недолго думая, запускаю пальцы в его волосы, сама тянусь к нему и слегка касаюсь его губ. Чувствуя, как учащается дыхание Андрея, я немного смелею и провожу по ним кончиком языка. Вдруг затылок под моими руками напрягается, а мужская рука ложится на мою грудь. Я резко втягиваю воздух, отчего мой затвердевший сосок бесстыдно тычется прямо в его ладонь. И пусть их разделяют ткань топа и тонкое кружево бюстгальтера, мне достаточно, чтобы тихо застонать прямо в его рот.