— Коля, не надо так говорить. Я против насилия — я надула губы.

— Иногда насилие необходимо.

— Говоришь, как психопат.

— Просто жизнь, — коротко ответил он, останавливаясь у винного магазина, — Красное или белое?

— Пиво, — ответила я усмехнувшись.

— Окей, — брат прикусил губу, — пиво так пиво.

Глава 43 Мы не прощаемся

Быть писателем невероятно увлекательно. В тебе живут историю, в твоей голове крутятся сюжеты и не можешь ничего делать, кроме как записывать их.

Кто-то карает за ошибки, за опечатки, но вы только посудите, как не промахнутся по клавишам, когда сюжет просто летит и ты пытаешься не упустить мысль. Это тяжело.

Я сидела, быстро набирала текст и думала. Думала, как бы развернуть, чем бы закончить главу, ведь мои читатели ждут интриги. И я им ее дам.

Брат и папа буквально в 10 метрах от меня жарили мясо.

Они пили, веселились. Их улыбки дарили мне тепло.

Я думаю, могу позволить себе сказать, что люблю их.

Вот смотрю на седого, чокнутого генерала с приколами, вспоминаю тапочки с зайкой и вижу, как он крутит бедрами, проворачивая в руках шампур и могу сказать точно — я люблю его.

Я смотрю на брата, который нахмурившись махал тонкой доской над мясом, держа в другой руке бокал вина, вспоминаю его с детьми, вспоминаю его шутки, его поддержку, его заботу, его поцелуи в рот и могу сказать — я люблю его.

Я набирала текст вслепую, пока смотрела на них и сама, непроизвольно, улыбалась.

Я счастлива и мое счастье разделил Алик, который присел рядом.

— Книгу, — кивнула ему я.

— О том, как девушку похищает бандит, лучший друг ее брата. Героиню зовут Алена, красивая молодая брюнетка, а герой, а герой просто гавнюк.

— Ммм, — протянул он, ухмыляясь, — как назовешь?

— Дерзкая для бандита.

Он спустил с уст легкий смешок.

— А что же не вредная для хорошего?

— А где ты видишь хорошего? Или ты про папу? — я развернулась мгновенье на отца, который орудовал шампуром как шпагой и пытался им тыкать Ника.

— А ты что пишешь автобиографию?

— Кара, ты невыносимая.

— Ага, я просто Халимова, — я прислонилась к его плечу.

— Расскажи мне что ты делал, ты кого-то бил?

— Ясно, — протянула я.

Крики на фоне были адресованы явно не моему… Вот этому вот Булыжнику и Королю Льду.

Ветер, дул теплый летний ветер, приятно проползая по коже.

Умиротворение. Хотя бы сегодня… Хотя бы сегодня…

Черт знает, что будет завтра. Завтра может и не наступить. Конец света, чума, метеорит. Я наслаждаюсь этим днем и благодарю себя, за то, что у меня есть.

— Ты сегодня очень красивая, принцесаа.

— А ты всегда страшный, — с улыбкой произнесла я.

Я развернулась на него.

— Голубки! — прервал папа, — я вызываю его на дуэль!

Папа направлял в грудь Ника шампур.

Коля усмехнулся и схватил свободный.