Она вытащила сигареты из сумочки, нервно закурила. Полковник хмуро взглянул на нее, но одергивать не стал.

– Вы что, в самом деле хотите его арестовать?!

– Не надо говорить об этом вслух. Пока это государственная тайна.

– Тогда зачем же ты мне об этом рассказываешь?! – вдруг вскипев, зло бросила она. – Я что, твое доверенное лицо или твоя подружка?! Зачем мне твои откровения?! Зачем?!

Он дернул желваками, но гнев снова сдержал.

– Я просто хотел уберечь тебя от неприятных процедур. А вышло, что я круглый идиот! Но, если ты попробуешь предупредить его, я тебе не завидую! Как и твоему сыну!

– Не надо угроз, я давно уже поняла, какой вы нежный и заботливый! – не без иронии заметила она.

– Да, я заботливый! Иначе бы не приехал. И не раскрыл страшную служебную тайну. У меня при одном взгляде на тебя… просто мороз по коже! Хочу, чтоб ты мне помогла. Только тогда я смогу помочь тебе. Подумай об этом хорошенько.

Полковник въехал во двор Зои, остановился у подъезда, хмуро взглянул на нее.

– А как же Елоховская церковь, книжный ларек?! – насмешливо спросила она.

– У нас запрещено распространение церковной литературы.

А значит, там ничего не продают и не продавали!

– Ко всему ты еще и обманщик! – гневно бросила она ему в лицо. – Это, видимо, профессиональное! – добавила Зоя и, выйдя из машины, резко хлопнула дверцей.

Платонова шла к подъезду. Скачко, с трудом сдерживая ярость, смотрел ей вслед.

Беркутов в привычном режиме завершал утренний обход, приветливо здоровался со всеми продавщицами, делал замечания Лиде, которая с блокнотом шла позади и каждую реплику директора записывала. Все вроде бы происходило как обычно, и в то же время сотрудники отмечали, что директор разговаривает с коллективом как бы отстраненно.

Словно что-то угнетает его и мешает сосредоточиться. Георгий Константинович подошел к Левшиной, улыбнулся ей.

– Оля, поздравляю тебя с днем рождения! – негромко произнес он. – Прими наши поздравления, пожелания счастья, здоровья, успехов в работе! Вот наш небольшой подарок!

Лида тут же выступила вперед, передала директору подарок, небольшую коробочку, перевязанную яркой лентой, и Беркутов, взяв ее, вручил подарок Левшиной.

Та зарделась.

– Спасибо вам, Георгий Константинович! Приходите к нам пообедать! Хотя бы минут на десять!

– Еще раз поздравляю!

Он кивнул и двинулся дальше, продолжая давать Лиде короткие, но четкие указания. Покупатели в нетерпении толпились за дверями, а вечная баба Нюра, держа швабру в руках как посох, ждала сигнала к открытию парадных дверей.

Беркутов вышел в центр торгового зала, оглядел его, скользнул взглядом по лицам своих сотрудников, грустно улыбнулся.