А что такое?

Тая тяжело вздыхает и заправляет за уши волосы.

— Это же Матвей Громов. Ты совсем по сторонам не смотришь? В каком мире ты живешь?

— В том, где плохих парней всегда наказывают, — усмехаюсь, имя в виду свои сериалы. — Это ты про него говорила? Он новенький? К нему на вечеринку мы идём?

— Серьёзно? Это Матвей…

— Громов, ага, я услышала. И что с того? Он что-то типа суперзвезды?

— Помнишь историю, как в том году вертолёт на окраине города упал? Три человека погибло, один выжил.

— Помню. Папа оперировал выжившего. Вроде его отправили на восстановление в Германию. Но там прогноз был так себе. Это он? Я что, обобрала инвалида? Нужно было предупреждать!

На мгновение мне становится стыдно. И я даже подумываю выбраться из машины и всунуть деньги обратно этому Громову. Но Тая отрицательно машет головой и судорожно вжимается в кресло, когда рядом раздается визг шин.

“Мини Купер” срывается с места. Задумчиво смотрю ему вслед. Задние фары несколько раз раздражающе мигают.

— Это был его отец. Матвей учился с нами в универе, вылетел летом. Не помнишь его?

— Он тогда иначе выглядел, — продолжает делиться Тая. — Связался с дрянной компанией, говорят, спускает отцовский капитал в унитаз. Наркотики, выпивка, гонки и девочки. Творит, что хочет. От таких нужно держаться подальше. Я вообще думаю: вдруг эти купюры, ну те, что он тебе дал, меченые? И он специально дал. Ты решишь ими расплатиться, и тебя повяжут, как соучастницу.

— Ты с ним так разговаривала… У него девицы по струнке ходят! Я его боюсь. Как посмотрит, внутри всё сжимается. Я пыталась тебя предупредить. Даже смс написала.

— Телефон в сумке лежит, — произношу задумчиво, переваривая нужную информацию.

И отмахиваюсь от неё, как от назойливой мухи. Деньги на починку машины у меня есть. Осмотрев купюры в луче света, убираю их в карман.

— Смешная ты, Тайка, — успокаиваю нервно кусающую губы подругу. — Не верь всему, о чём болтают в женских туалетах на длинных переменах. Думаю, мы ещё нескоро встретим этого Громова. Из универа он вылетел, с плохой компанией связался. Где же нам пересекаться? Думай лучше, что наденешь на вечеринку новенького. И не переживай.

Звук стандартной мелодии мобильника врывается в мой беспокойный сон подобно отбойному молотку.

Только вырубился. Повидаться со стариной Морфеем в последнее время без колес удается нечасто. И такой облом.

Перекатившись на бок и прищурив один глаз, шарю рукой под кроватью. Именно оттуда раздаётся раздражающий, насилующий перепонки перезвон.

Мать проще игнорировать, чем этого козла.

— Чё надо? — спрашиваю сипло.

Мычу, перекатываясь обратно на спину. Обвожу взглядом пространство перед собой. Хата не моя. Шторы на окне плотные, утренний свет ни хера не пропускают.