Мужчиной тебя назвать язык не поворачивается, но была бы признательна, если бы до раздела имущества проявил благородство и съехал отсюда.

- Нет. Я останусь со своей семьёй, - взвинчено размахивает розами, обдавая воздух терпким ароматом.

- Для начала протрезвей. Видимо, пары алкоголя напрочь затуманили остатки мозгов, раз считаешь, что это болото все еще можно называть семьёй.

- Таюш, падчерица мне нахрен не нужна. Услышь, пожалуйста. Нажрался, потерялся, а тут Карина… разделась и давай соблазнять.

- Хочешь сказать, что секс был всего лишь раз? Только сегодня? - щурюсь.

- Да.

Смеюсь. Тихо, безрадостно.

Я видела фото. Видео. Нашла украшения, купленные заранее в подарок Карине.

А выкрики Крис о любовнице? Подслушанный разговор?

Супруг возомнил себя виртуозным лгуном, а меня — полной кретинкой.

- Эх, Костя. Жалкий ты. Раз уж полез в трусы к той, кого растил, так взял бы за это ответственность. Стыдно, да? Страшно признаться, что настолько опустился?

Его передёргивает, будто я не правду сказала, а плеснула в лицо кипятком.

- Бери цветы, - буквально вталкивает букет в руки, - и выслушай меня.

- Пошел к черту! - отбрасываю розы в сторону. - Я не попугай, повторяться не собираюсь. Всё, что хотела, уже озвучила на празднике. Зачем пришел? А-а-а, решил, что я здесь сижу, рыдаю, рву на себе волосы? Как бы не так. Чихать я хотела на вас двоих. Не зли меня, просто исчезни.

Разворачиваюсь, направляясь к лестнице, но его голос догоняет, ядовито царапая спину:

- А, может, это ты подговорила Карину меня соблазнить? Кристину подключила, чтобы помогла провернуть план. Завела себе любовничка, решив оттяпать при разводе половину совместно нажитого, заодно утопив мою репутацию и опозорив?

- Тебе бы сценарии к сериалам писать. Извращенец у нас ты, Костя, и твоя любимая Кариша. У меня бы смекалки не хватило и фантазии, подкладывать дочь под отчима. Но вы молодцы, сообразили, как разнообразить жизнь. Кстати, следи за здоровьем. Вряд ли молодая девушка согласится на мужчину, у которого случаются… промахи в сексе.

Лицо Кости мрачнеет. Он нервно подхватывает букет и швыряет его в мою сторону.

- Сука! Да как ты смеешь!

Я даже не вздрагиваю.

- Никогда ею не была. Но жизнь отлично пригвоздила, - равнодушно бросаю. - Будешь доставать — пожалеешь, - иду вверх по лестнице, не оглядываясь.

Меня трясёт.

Чувствую себя беспомощной маленькой девочкой, которую предали все. Будто выбросили из лодки в открытый океан и сказали: «Плыви».

И вот я захлёбываюсь, тону, но продолжаю барахтаться из последних сил, цепляясь за воздух, за жизнь, за саму себя. Потому что понимаю — не сдамся. Но липкий страх — сдавливает грудь.

… невероятно обидно.

Самые близкие люди вытолкали меня из места, которое я считала своим убежищем.

Захожу в спальню и закрываюсь на замок.