А, может… Точно. Хорошая идея.

Вернувшись в свой номер, Нина выбежала на балкон, посмотрела вниз, придвинула к перилам стул и смело перебралась на балкон Оксаны. Так. Шкаф. То самое элегантное черное платье. Схватив добычу, Нина вернулась к себе и переоделась. Прекрасно. Глаза уже не такие опухшие, к тому же возбужденно блестят. Немного пудры, помада. Красные туфли. Все. Она готова.

В этот момент раздался стук в дверь. Игорь! Нина закрыла чемодан, поколебалась, решая, стоит ли прятать его в шкаф, и оставила все как есть. Они обо всем поговорят. Она расскажет ему, что собиралась уезжать.

Нина распахнула дверь и отпрянула назад. На пороге стоял Руслан.

— Вообще-то я, может, даже и ведьма, — пыталась защищаться Оксана.

— Да ну? — в глазах Пашки не было ни капли страха.

— Да. Могу наговор какой-нибудь наговорить. Или заговор заговорить.

Пашка достал из кармана телефон, покопался в нем и протянул Оксане.

— Мое фото в обнимку с бормашиной.

Оксана сначала отпрянула, а потом осторожно, двумя пальцами, взяла Пашкин телефон.

— Ужас какой, — произнесла она, вглядываясь в фотографию.

— Ты полистай, там еще есть.

Через минуту Пашка сидел рядом с Оксаной, перетащив свой стул.

— Это я со своими дипломами. Это я и благодарные пациенты. А это фото на сайт клиники.

— Какой ты тут серьезный. Вообще на себя не похож.

— Три раза перефотографировали. Перестань, говорят, лыбиться, Павел Андреич.

Оксана хихикнула. Пашка, как бы невзначай, забросил руку на спинку ее стула. Оксана повернулась к нему и окинула надменным взглядом.

— Грамотно работаешь, все как по нотам.

— Фотки показал, произвел впечатление. Сел рядом, установил контакт. Теперь — нечаянные касания для закрепления результата. Одна рука на плече, вторую, небось, сейчас мне на коленку положишь.

Пашка резко убрал руку со спинки стула, отвел взгляд, на его щеках проявился легкий румянец.

— Что, обычно срабатывает?

Оксана чувствовала себя хозяйкой положения, но продлилось это недолго. Пашка, наконец, осмелился поднять на нее глаза, и через секунду его смущение улетучилось.

— Ну-ка, ну-ка, — он снова приблизился к Оксане. — По-моему, у тебя кариес на четверке.

— Прекрати мне в рот заглядывать!

— Не могу. Профессиональная деформация.

— Нет у меня никакого кариеса! Я два месяца назад все зубы вылечила. Под общим наркозом.

— Что, серьезно? — Пашка был поражен. — Неужели так сильно боишься? Сейчас же мощная анестезия!

— Да, боюсь! И даже не боли.

— Не знаю. У меня начинается паника, как только я сажусь в кресло.

— Бывает. Но я обычно с этим справляюсь. Мои пациенты не боятся. У меня даже маленькие дети не плачут! Я им рассказываю сказку про динозаврика Федю.

— Мне Федя не поможет.

— Но, может, поможет что-то другое. Надо понять причину страха.