Вечером, когда семья собралась за столом, Коля решился озвучить свои планы.

– Завтра утром я уеду, – предупредил он.

Они доедали гречку. Из круп у них еще оставалась почти целая пачка риса – Коля понемногу добавлял его в уху. Макароны заканчивались. Последнюю банку тушенки открыли вчера. Зато рыбных консервов было еще прилично, но только потому, что не было проблем со свежей рыбой.

Голодная смерть им, конечно не грозила. У Коли в железном ящике на чердаке хранились чуть ли не две сотни «бомж-пакетов». Имелся и приличный запас муки.

Но хотелось какого-то разнообразия: ветчины, консервированных огурчиков, картошки. Дети просили сладкого. Да и Маше, наверное, шоколад пошел бы на пользу.

– Съезжу в соседний городок, попробую найти еду. Конфет, может, привезу. Заодно проверю, что и как.

Коля не верил, что все закончилось: он каждый день включал радиоприемник в машине, искал хоть какую-нибудь активность в эфире.

– Будет хорошо, если вы подождете меня в доме. Мало ли что. Защитить-то вас будет некому…

Он многозначительно посмотрел на Машу.

Она отвела глаза – поняла, на что он намекает. Но промолчала.

После случая со стрельбой в лесу Маша отказалась брать оружие в руки. Коля, уходя по делам, обычно оставлял ей карабин, чтобы она могла защищаться. Но Маша даже близко к нему не подходила. Тогда Коля заменил карабин на двухствольный штуцер, но Маша и от него шарахалась, как черт от ладана. И вразумлений слушать не желала – закрывала ладонями уши и просто уходила.

– Вечером надеюсь вернуться.

Но если задержусь, не волнуйтесь. Начинайте волноваться, если не появлюсь и на следующий день.

– Привези игрушки, дядя Коля, – попросил Андрей. – Мне здесь скучно – поиграть не во что. И телевизор привези!

– А тебе цветочек аленький? – Коля улыбнулся Анжеле.

Девочка мотнула головой:

– Мне ничего не надо. Главное – вернись.

Анжела за прошедшую неделю стала совсем взрослой. Она и дел успевала переделать больше, чем ее мать. Вот только у девочки появилась странная навязчивая идея: будто бы ее отец стал ангелом и следит за ними, охраняет их всех.

Колю это даже пугало. Особенно жутко становилось темными вечерами, когда Анжела вдруг поднимала руку, указывая на какую-нибудь тень в дальнем углу, и говорила, что папа, наверное, сейчас стоит там, смотрит на них. Тут у кого угодно волосы дыбом поднимутся!

– Обязательно вернусь, – сказал Коля. – Я на рожон лезть не буду. Чуть что подозрительное замечу – сразу в кусты.

– Это правильно, – сказала Анжела.