Моя задача – без происшествий закончить последний курс, успешно сдать выпускные экзамены и по достижении совершеннолетия вернуться обратно в Москву. Все.

– Ну где же этот Бестужев? – нервно барабаня пальцами по циферблату крошечных наручных часов, бубнит Виталина Андреевна. – До звонка меньше десяти минут осталось.

– Может, заблудился? – предполагаю я.

Я и сам кабинет директора не с первого раза нашел, хоть он и находится недалеко от входа.

– Ага, как же заблудился, – ворчит она, качая головой. – Весь район от его проделок трещит… В прежнем колледже преподавателей доводил, теперь к нам пришел нервы трепать…

Ничего толком не поняв из ее слов, я откидываю упавшую на лоб прядь волос и принимаюсь бесцельно блуждать глазами по просторному холлу.

Заснеженные и явно еще не до конца проснувшиеся студенты то и дело появляются в дверях. Дежурные с красными повязками на руках ревностно проверяют наличие второй обуви у всех вновь прибывших. У расписания тесным кружком столпились девчонки в коротких юбках и весело хихикают.

Неожиданно мой взгляд дергается в сторону и цепляется за стройную фигурку, показавшуюся из-за угла.

Тонкая шифоновая блузка, застегнутая на все пуговицы, узкая юбка-карандаш длиной чуть ниже колена и туфли на невысоких шпильках – девушка одета слишком строго, чтобы быть просто студенткой, но в то же время и на преподавателя ее внешность совсем не тянет. Уж больно она юная, на вид не больше двадцати двух или двадцати трех… Может быть, практикантка? Или… Например, секретарь?

Грациозной походкой девушка пересекает холл и останавливается подле грузной женщины с химической завивкой на голове, а я продолжаю гипнотизировать ее зачарованным взглядом.

Не знаю, почему, но ее скульптурное лицо и тонкая длинная шея с голубыми прожилками вызывает во мне прилив острого эстетического трепета. Девушка настолько красива и изящна, что я чисто физически не могу оторвать от нее глаз… Пытаюсь и не могу. Будто оцепенел, представляете?

Закончив беседу с кучерявой женщиной, она поправляет светло-русые волосы, стянутые в аккуратный пучок на затылке, и направляется к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. У самых перилл, очевидно, почувствовав мое пристальное вниманием, девушка оборачивается, и наши взгляды пересекаются.

Взрыв! Восторг! Искры!

Смотрю на нее, и внутри меня какие-то электрические лампочки загораются. Нервы натягиваются тугой тетивой, а внутренние напряжение подскакивает на несколько тысяч вольт. Так кроет, что аж в ушах звенит.

Секунды, отведенные на наш зрительный контакт, истекают непростительно быстро, и, отвернувшись, девушка устремляется вверх по лестнице. Как ни в чем не бывало. Спокойно и уверенно.