— Почему ты такая грубая? Неужели не учили, как должна себя вести воспитанная девушка? — Учили… Джени остановилась. Огляделась по сторонам — нет ли кого рядом? А потом повернулась к беловолосому и вывалила на него отборнейшую многоэтажную конструкцию, подробно разъяснив где, в каких позах и с какими предметами видела его и всех его родных.

Аж на душе полегчало! Мечтала об этом с первой встречи.

Одно обидно — вместо того, чтобы взбеситься или оскорбиться демон от души расхохотался. На его красивом породистом лице не было и следа злости, только веселое изумление, и, кажется, даже одобрение.

Словно грязнейшая брань совершенно его не задела и не оскорбила.

От этого стало паскудно. Как если бы она хотела облить демона помоями, но не удержала тяжелый таз и опрокинула все на себя. Действительно захотелось помыть язык с мылом.

— Чего тебе надо? — спросила она устало, понимая, что прогнать демона не удастся, да и сам он не отстанет. — Я выполнила свою часть сделки, ты свою. Зачем ты меня преследуешь? — Преследую? — он картинно изумился. — Детка, я просто шел по своим делам, увидел тебя, решил поздороваться и узнать, как вчера прошло награждение героической девы.

Девушка поморщилась, словно глотнула уксуса по ошибке.

Ужасно прошло. Всю обратную дорогу Чарли молчал и так старательно отводил от нее взгляд, что ей захотелось посмотреть в зеркало и проверить не выскочили ли на носу прыщи. Уже когда такси высадило их у ворот Аусвейла и уехало, Дженни решилась.

— Ты неправильно понял. Между нами нечего не было.

«Угу, — послушно согласился ехидный внутренний голос. — Этот ублюдочный демон всего лишь видел меня голой, облапил везде где только можно и довел до оргазма.

Ах да, а потом его придурочные дружки весь вечер играли на мне в карты. А так — совершенно ничего.» — Не надо, Дженни, — грустно ответил оборотень. — Это ваши дела. Я не хочу знать о них.

Она сама не поняла почему почувствовала такую обиду после этих слов, будто Чарли предал ее и отрекся, поэтому сухо попрощалась и бегом направилась к своему корпусу. А потом почти час плакала в подушку прежде чем уснуть.

А ведь Раум скорее всего знал, что так и будет. Для этого и заявился, для этого и сидел в пиццерии, доводя Чарли до бешенства своими насмешками.

— Богиня, как же можно быть таким куском дерьма, как ты? — с тоской спросила девушка. — Тебе самому не противно рядом с собой? — Бывает иногда, — согласился Раум с лукавой улыбкой. — Но потом я оглядываюсь по сторонам, и вижу, что мир по большей части состоит из моральных уродов или ничтожеств, вроде твоего Чарли, и попускает.

Обалдевшая было от такого признания Дженни, мгновенно снова взвилась от ярости, услышав с каким презрением демон произнес имя ее любимого.