Дженни стояла, глотая воздух, и все никак не могла подобрать нужную фразу, чтобы выплеснуть на этого горе-спасателя всю глубину своего негодования! — …отцу придется сообщить. Но если брак будет заключен на крови, даже он ничего не сможет сделать… — продолжал меж тем вещать оборотень.

— Хватит! — девушку, наконец, прорвало.

— Замолчи! Ни слова больше!

— Что?! — Чарли осекся и удивленно посмотрел на нее. До него, кажется, начало доходить, что влюбленная подруга отчего-то не спешит прыгать на месте и бить в ладоши. Даже кольцо брать в руки не спешит.

— Я не выйду за тебя, Чарли.

— Но… — от тотального изумления на его лице Дженни разозлилась еще больше. — Но это единственный способ защититься от ди Форкалонена.

— А с чего ты вообще решил, что меня надо защищать?! Мои отношения с Раумом — мое дело.

— Ди Форкалонен — плохой парень. Он опасен… — Это. Мое. Дело, — четко и зло повторила девушка.

— Ты мне друг, Чарли, и я ценю твою заботу, но я уже совершеннолетняя.

И имею право спать с кем захочу! Почему она сказала «спать»?! Она же не собирается спать с Раумом. Да после вчерашнего она к нему и близко не подойдет! Но выражение подозрительно похожее на ревность, промелькнувшее на лице оборотня, внезапно обрадовало.

Раззадорило, стало целительным бальзамом для раненого самолюбия.

Может, она все-таки интересна Чарли сама по себе, а не только как дурацкий надуманный долг или способ отомстить? — Твоя репутация… — Мое дело! — Не только твое, — Чарли подобрался. Его лицо ожесточилось, пропало выражение растерянности и обиды. В эту минуту он как никогда ранее походил на своего отца.

Именно так — грозно и властно Оуэн Маккензи смотрел на провинившихся волчат после очередной каверзы. Против воли Дженни ощутила легкий холодок и желание поджать несуществующий хвост.

— Ты — Маккензи, значит твоя репутация бросает тень на доброе имя каждого в клане. Поэтому я, Чарльз Маккензи, сын Оуэна Маккензи приказываю тебе, Дженнифер Рейд, по праву вожака и будущего главы клана стать моей женой. По воле луны и гор, ветра и леса, по праву крови и силы. И да свершится моя воля.

Едва отзвучали последние слова, как в воздухе вспыхнул и погас огненный росчерк рунической формулы, подтверждая, что луна и горы, ветер и лес слышали приказ. И стало тихо. Так тихо, словно невидимый маг опустил на парк «полог молчания».

Дженни смотрела на друга детства широко распахнутыми глазами и не верила. Просто не желала верить.

Он применил к ней Императив? Чарли, ее друг детства, мальчишка, в которого она была влюблена долгие годы, применил к ней Императив? Чтобы заставить выйти за него замуж?! Императив. Повеление, высказанное по древней формуле, обретает для члена стаи силу закона. Отказавшийся выполнить Императив становится изгоем.