Любка прицепом пошла, не мог же он назвать Жене одну сумму, а Любе — в три раза больше? Спалился бы. Но деньги — ерунда, деньги он заработает. Главное, вернуть доверие жены! Они разговаривают, шутят, Женька не вздрагивает, если он подает её руку или случайно касается. Обсуждают разные вопросы, технично обходя только один — совместное будущее. Нет, так больше продолжаться не может, и раз Женя до сих пор не решилась, ему придется все брать в свои руки. Этак они прохороводятся, пока сын в школу пойдет.

Сын… Или дочь? Господи, какая разница, он будет рад любому!

Принятое решение придало уверенности, Денис покрутил головой, разминая затекшую шею, и выпалил:

— Как бы ты хотела назвать сына? Или дочь?

— Что? — давно он не видел настолько круглых глаз!

— Ну, имена тебе нравятся какие-нибудь?

— А… Имена, — отмерла Женя. — Не думала.

— Имя — это очень важно, — назидательно проговорил Денис, паркуясь у дома. — Имя — это судьба человека. Мне кажется, к его выбору нужно подходить со всей ответственностью. А ты как считаешь?

— Я? Да… Наверное, — жена явно растерялась и не знала, как реагировать.

«Что ж ты такая трусишка у меня? — вздохнул про себя Денис. — Главное, как сбежать и на аборт рвануть, это мы мигом, а как признаться, что будет ребенок — это мы боимся. Впрочем, сам виноват, наговорил ей всякого, дал понять, что не хотел этого ребенка и одобряю аборт».

— Я рад, что мы солидарны в этом вопросе, — он улыбнулся, пытаясь ободрить встрепанную и растерянную жену. — Ты не представляешь, как постоянное общение с детсадовцами влияет на неокрепшую психику мужчины!

— И как оно влияет? — Женя сглотнула, не отводя взгляда от мужа — сейчас он скажет, что терпеть детей не может, что не готов их заводить еще лет десять, и… и всё будет кончено.

— Я понял, что был форменным дураком. А ещё — что ужасно, просто до невозможности, хочу малыша. Сына или дочку, которых ты мне подаришь.

Наверное, если бы на голову Евгении вылили ведро воды, она не была бы настолько потрясена.

— Что? Ты хочешь ребенка?

— Очень! Насмотрелся на счастливых пап и мам, вспомнил свое детство, поговорил с твоей матерью, и понял, что пора родить своего. Ты не представляешь, как я тебя люблю, Женька! Я и сам это не так давно понял. Понял, когда почти потерял. Сможешь ли ты меня простить?

— А… Денис… Я… я тоже во многом виновата, — выдохнула девушка. — Не знаю, что на меня нашло, наверное, мозги отшибло. Ты сможешь меня простить, если я тебе кое в чем признаюсь?

— Обязательно, но только после того, как ты простишь меня, и мы вместе выберем нашему малышу имя, — Денис осторожно положил руку на живот Евгении.