Об этом вам Анна Михайловна не доложила?

– Может, и так. Но никто не устраивает представления в моей приемной и не отправляет соперниц в астрал.

– Ах, вы об этом? Это не соперница. Это любовница моего мужа. Она пришла нажаловаться вам на меня. А поскольку вас не было, захотела поговорить со мной лично. Начала скандалить. Пришлось принимать меры. Не охрану же вызывать? Беременная, как-никак, жалко дурочку. Так что я спасла вас от общения с эксцентричной особой.

– Мне тебе за это надо спасибо сказать? – саркастически поинтересовался босс.

– Как хотите. Я действовала бескорыстно.

– Ломова, я тебя уволю. По статье.

– За что? За то, что я ведьма?

– Нет. За то, что мешаешь людям работать. Что мне теперь прикажешь делать? Может, сжечь тебя на костре во дворе офиса? Раз уж ты призналась, что ведьма.

– Воля ваша, господин инквизитор, – смиренно склонила я голову.

– Инквизитор? – задумчиво произнес босс. – Инквизитор… – посмаковал он слово. – Интересно… Так меня еще никто не называл.

В его голосе я уловила странные нотки. Посмотрела ему в глаза. И поняла, что сделала это зря. Никогда и никто так на меня не смотрел. Стальные глаза стали черными, бездонными. Они притягивали меня как магнит. В них вспыхивали странные искры. Я могла бы поспорить – это были искры страсти.

Мы молча смотрели друг на друга, и не могли отвести глаз. Не знаю, как долго продолжалось это наваждение. Первым пришел в себя босс.

– Так, Ломова, кончай валять дурака. Прекращай мутить сотрудниц.

– Честное слово, я не мутила. Просто так получилось. Вот послушайте, как все было. Мне и Екатерина не даст соврать. Она все видела.

– Версию секретаря я уже выслушал.

– Анна Михайловна все не так поняла, уверяю вас.

– Я и без тебя догадался. Но что делать? Слухи уже расползлись.

– Из личного опыта знаю, слухи среди женщин живут максимум неделю. Потом им становится скучно, происходит что-то еще, и они переключатся на новую жертву.

– Да ты психолог, – удивился босс.

– Интересовалась немного. В принципе, психологи недалеко ушли от ведьм. Те же приемы, те же фокусы. Лучшие психологи – цыгане. Это я точно знаю. Они ко мне никогда не подходят. У меня на лице написано, что на развод я не поведусь.

– Я планирую кабинет психологической разгрузки организовать. Давай я тебя туда определю?

– Можно мне подумать? – я опешила от такого предложения.

– Думай, но не слишком долго. Впрочем, я пока и сам не понял, хорошая это идея или нет. Кто пойдет за советом к ведьме?

– Многие, – заверила я босса. – Только я не шарлатанка. Поэтому не думаю, что смогу брать на себя такую ответственность. И, если что, я не ведьма. Я – колдунья в двенадцатом поколении. Из рода цыганских баронов Радовичей. Вам об этом Анна Михайловна не доложила?

– Доложила.