Дорога от его дома на Солнечном шоссе до Лунного проезда не займет более получаса. Не должна занять…

Совершеннейшего из обоняний коснулся странный, смутно знакомый запах. Последний раз нечто подобное маленький Пашка Устинов унюхал в бункере перед уничтожением строго секретных образцов топлива не то давнего прошлого, не то и вовсе инопланетного происхождения.

Он съехал на обочину, пружинисто выпрыгнул из машины, миновал березовую рощу и вышел в чисто биополе.

Стопроцентному зрению его небесно-голубых глаз открылось странное зрелище.

Изрядно покореженный обгоревший металлический монстр ужасно портил вечерний пейзаж. Из марева от еще не остывшего металла стопроцентное зрение Устинова выловило троих в скафандрах, какими они изображались в книгах по древней истории. Один из них держал в руках газовый анализатор. Секундой позже на безупречный слух Устинова обрушился совершенно ненормальный вопль. Один из астронавтов (в этом никто и не сомневался) закричал, срывая с себя шлем:

– Мужики! Мало того, что мы живы, так еще в этой гребаной атмосфере есть кислород, чтоб она была здорова!!!

– Тоже мне догада! – ответил ему второй, тоже освобождаясь от шлема. – Глаза разуй! Трава – зеленая, небо – синее, роща и та – березовая! Из гелиевых луж она, что ли, выросла?!

– Степа, гений у нас, конечно, ты, но я должен был убедиться. – Первый еще раз глянул на прибор. – Если бы не куча парсеков и световых лет за спиной, я бы сказал – Земля! Как есть Земля! Это же просто атмосферный клон какой-то, бога-душу-мать!..

Пока Устинов наблюдал, мужчины скинули скафандры и остались в костюмах, похожих на спортивные.

Странно все это. Странно. Но самым странным Павлу показался не запах, исходящий от искореженной груды металла. Не то, что люди эти похожи на обычных людей. И даже не то, что они говорят на понятном языке. А вот это: «Господи, как же я люблю дышать полной грудью!!!»…Смутное воспоминание. Он уже давно забыл, что означает этот словесный оборот. Кажется, он имеет выраженную эмоциональную окраску и потому давно запрещен, как вызывающий необратимые изменения коронарных сосудов. Еще главному инженеру UP Corporation показалось очень странным то, что из глаз так похожих на него самого созданий катятся крупные капли, в куда более обильном количестве, чем того требует увлажнение глазного яблока. Эти ненормальные давящие и стискивающие жесты. Выкрики «твою мать!» и разверстые в уханье и аханье рты…

Это же слезы! Но не те слезы, которые секрет слезных канальцев, а те, которые от радости. А еще, кажется, они обнимаются и смеются. Нехорошо.