— Он позволил себе вольности?

— Поцеловал, — неуверенно ответила Бьянка, не желая вдаваться в детали.

— Этого следовало ожидать, — пожала плечами Орианна.

— Но ты об этом не предупреждала.

— Просто забыла о твоей неопытности, — с сожалением попыталась оправдаться синьора. — Сама я росла со старшими сестрами, и они объяснили, что означает ухаживание. А у тебя нет никого, кроме меня. Прости, что заставила испытать страх. Так о чем же вы говорили?

— Надеюсь, ты предупредила, что придется ждать несколько месяцев?

— Предупредила. На это он заявил, что если придется проявить терпение, то взамен я должна позволить поцелуи и ласки. Ну а я ответила, что прежде хочу выяснить, насколько допустимо подобное поведение.

Орианна грустно вздохнула.

— Увы, дитя мое, вполне допустимо. Ровере подписал брачное соглашение, и отныне от полного обладания тобой его отделяет только церковное благословение. Тебе придется уступить.

— О! — Бьянка не знала, как относиться к ласкам, а вот поцелуи… но ничего не поделаешь. Раз считается, что они позволены, остается одно: терпеть. Может быть, со временем удастся привыкнуть, ведь сама мама, кажется, не возражает против нежностей отца.

На следующее утро Себастиано Ровере явился, чтобы проводить невесту к мессе. Едва красавица вышла из дома, как площадь огласилась радостными криками заранее собравшихся ее молодых поклонников. Однако ликование продолжалось недолго: уже в следующее мгновение на пороге показался самый влиятельный адвокат Флоренции и властно взял спутницу под руку. Вдвоем, в сопровождении синьоры Орианны, они чинно пересекли площадь и скрылись в церкви Санта-Анна Дольче.

Когда час спустя пара появилась снова, воздыхателей собралось еще больше, однако теперь все они молчали. Потом один из юношей заметил кольцо с огромным рубином, которое жених надел на палец невесте после службы, и воздух огласился приглушенным шепотом, за которым последовал звук, напоминающий протяжный стон.

Чрезвычайно довольный произведенным впечатлением, адвокат улыбнулся. Несмотря на то что будущие родственники планировали объявить о помолвке не раньше чем через несколько дней, уже к полудню вся Флоренция будет знать, что Себастиано Ровере намерен жениться на Бьянке Пьетро д’Анджело. Уже завтра молодые флорентийцы поймут, что надеяться больше не на что, и толпа рассеется. А самая красивая девственница города выйдет замуж за самого могущественного и влиятельного мужчину, что, несомненно, вполне справедливо.

От внимания Бьянки не ускользнуло глубокое разочарование на лицах молодых людей, которые вот уже несколько месяцев открыто и безыскусно выказывали ей свое восхищение.