Его ответ был простым и точно таким, как я ожидала от смиренного федерала, но все же это нашло тепло поглаживая мою спину, когда я направлялась к бассейну.

Я оглянулась через плечо.

— Тогда как ты вообще чувствуешь себя живым?

Улыбка тронула мои губы, когда я нырнула в воду. Потому что его взгляд скользнул вниз по изгибам моего тела, и это было самое далекое от холода, что я когда-либо чувствовала.

Саша Тейлор, доктор философии, следила за движением моего пальца на подлокотнике. Глаза сузились, губы слегка поджались — именно такое выражение у неё было, когда она глубоко задумывалась.

Ее взгляд встретился с моим, и, когда медленная улыбка тронула мои губы, она сглотнула и перевела взгляд на папку, лежащую у нее на коленях, чтобы найти хоть какую-то решимость.

— Расскажи мне о своей семейной жизни, — наконец сказала она, поднимая глаза. — Айова.

— Ах, Саша, мы оба знаем, что ты не об этом хочешь поговорить.

Она потянула брелок на своей подвеске, туда-сюда, и подняла бровь.

— Спрашивай, — нетерпеливо сказал я.

В ее глазах вспыхнула решимость, и она оторвалась от подвески.

— Хорошо. Давай поговорим о твоих отношениях с номером три.

— И здесь я не воспринимаю тебя, как единомышленника в сплетнях.

— Я не участвую, я просто наблюдаю. Все средства информации являются ценными для дела.

— Хорошо. — я откинулся на спинку кресла, оперся локтем о подлокотник и провел большим пальцем по нижней губе. — Скажи мне, что ты думаешь об этих отношениях, и я скажу тебе правда это это или ложь.

На ее лице промелькнуло сомнение, но она глубоко вздохнула и нырнула прямо в это.

— Ты спишь с одной и той же девушкой только три раза.

Целый список причин, но была только одна причина, заставившая меня сделать что-нибудь.

— Это кажется правильным.

Четыре раза предполагалось, что отношения могут куда-то двинуться. Четыре раза ощущалось, как неаккуратное дело, в котором смешались чувства и вопросы. Четыре раза раздражало меня.

Она приняла мой ответ и продолжила свои исследования.

— Некоторые движения, не наносящие ущерба твоему общего графику, такие как поправка одежды, возможно, расчесывание волос или бег в тренажерном зале, ты делаешь в какой-то цифре три.

— До некоторой степени.

— Что будет, когда ты остановишься на двух раз?

Я выдержал ее взгляд.

Затаив дыхание, она ожидала следующего удара, который никогда не раздастся.

— Ты зациклен на три?

— Мягко говоря, я сам себе поставил диагноз, — ответил я, глядя на часы.

Мой телефон завибрировал в кармане, и нетерпение закралось под кожу. Сегодня вечером мне надо было кое-что сделать.