И спереди и сзади – километры узкой тропы, левада с одной стороны, отвесный обрыв, пропасть – с другой. «Туалет», кстати, нешуточная проблема. Для справления нужд придется, корячась и хватаясь за ветки и стебли, куда-то карабкаться прочь от тропы, забираться в какие-то условные «кустики». Но с «кустиками» в горах непросто! Подходящие места встречаются не так чтобы часто, а на некоторых участках – совсем редко. Так что, отправляясь в левадные походы более чем первого уровня сложности, надо и об этом подумать…

Но даже в самых «головоломных» (в смысле – легко голову сломать) местах вдруг вспоминаешь, что вот здесь, на узком пространстве между скалой и пропастью, кто-то не просто побывал до тебя, но работал, прорубал в горах туннели, строил эту леваду, прокладывал и укреплял узенькую тропинку.

В гору вбивали клинья, люди привязывались к ним, повисали над обрывом, долбили скалу… На сохранившиеся старинные фотографии даже смотреть жутковато, представляя себя на месте тех работяг… Да и сегодня ремонт и поддержание в порядке левад и тропинок вдоль них – в основном тяжелая ручная работа, технику сюда не поднимешь. Правда, висеть над пропастью уже не нужно…"

"Это настоящее чудо природы – горная система, как губка, впитывающая в себя, аккумулирующая дождевую влагу, а потом постепенно и равномерно отдающая ее через горные ключи и водопады. На одной из левад я увидел наглядную иллюстрацию – прямо в камне, в горе, дыра. И из нее льется чистейшая вода. Меня это зрелище потрясло. Одно дело теория, и совсем другое, когда видишь это реально: воду, выходящую из каменного нутра.

Из того же ряда – мокрые, сочащиеся водой каменные стены вокруг горного озера…

Это чудо природы дополнено чудом рукотворным – сетью оросительных каналов, которые разносят накопленную горами влагу по всему острову.

По Мадейре протянулось примерно 2200 километров левад. Они несут (глагол «levar» в португальском и означает «нести») воду с вершин горных хребтов по террасам, опоясывающим весь остров. Без этой воды знаменитое террасное земледелие было бы невозможно. Поразительно, но строительство началось уже в XV–XVI веках. Первыми строителями были рабы, но не абы какие, а совершенно особенные, владевшие совершенно необычными навыками, например, умевшие передвигаться в горах с помощью высоких и упругих деревянных шестов.

«Прежде чем говорить о левадах, надо несколько слов сказать о гуанчах», – торжественно объявляет мой друг Октавиу и искоса поглядывает на меня – как я восприму столь неожиданный поворот беседы. Мы сидим с ним и его близким приятелем инженером, исследователем и историком-любителем Руи Нельсоном в кафе на втором этаже торгового центра «Дольче Вита» в центре Фуншала, и они на пару рассказывают мне такое, что глаза лезут на лоб.