— Нравится? — Костя стоит возле входа и прячет руки в карманы джинсов. На лице широченная улыбка.

— Очень, — снова повисаю у него на шее и чмокаю в щеку, — спасибо тебе большое. Без тебя бы я всего этого не сделала.

— Ну, у тебя будет несколько месяцев, чтобы набрать команду кондитеров, а потом уже можно будет рожать, — ржет он. А я не могу насмотреться на интерьер, который я так тщательно и скрупулёзно делала. Не упуская ни одной детали. И эта меловая доска на кирпичной стене с изображением всякой разной выпечки, и вращающаяся витрина, куда я поставлю пирожные и тортики, и столики, где можно будет посидеть и выпить кофе.

Это так поразительно, что я тру глаза, чтобы проверить, не привиделось ли мне.

— Уже не терпится тут начать все заставлять своими кулинарными шедеврами.

— Думала, когда делать открытие?

— Сейчас заеду домой кое за чем, потом к Наилю поеду и скажу про развод. Адвокат у меня уже есть, осталось узнать, сколько это займет времени. Нет, — щиплю себя за переносицу, — сначала надо узнать, сколько потребуется времени на весь развод.

— По идее, у вас нет детей. Рожденных, — торопливо уточняет. — На раздел ты же не будешь претендовать?

Мотаю головой. Мне важно забрать только мое. То, что Наилю принадлежит, у него и останется.

— Тогда, думаю, недолго.

Киваю. Меня тоже посещали в последнее время похожие мысли. Надеюсь, так и будет по факту. У меня слишком мало времени…

Прошу брата отвезти меня домой и подождать, а потом я поеду к Наилю для разговора, который все расставит по местам. Сгребаю все фото, помаду и возвращаюсь в машину Кости.

Брат не говорит ничего. Не пытается влезть ко мне в душу, в которой сейчас полный хаос. До сознания начало доходить, что сейчас закончится мое семейное счастье, которое я холила и лелеяла. Наиль останется в прошлом, а мне придется дальше идти без него, и это рвет на части. Но так будет лучше… так будет правильнее.

Как я уже говорила, я не собираюсь терпеть неверность и предательство любимого мужчины. Даже тот период, когда я жила, зная о другой, меня медленно убивал. И, кажется, даже притупил чувства… По крайней мере, мне хочется в это верить.

И те несколько дней, вдали от Наиля, успокоили, и мне уже не так страшно ехать на разговор.  .К.н.и.г.о.е.д...н.е.т.

Нет… вру! Мне очень страшно. Мне дико страшно, и я бы с удовольствием не разговаривала, а молча подала на развод. Но мне кажется, это будет не совсем честно. Каким бы Наиль ни оказался гадом, мы прожили не один год, и он заслуживает этого диалога. Или монолога… там уже как пойдет.

Но о детях он не узнает… это я решила точно.

— С тобой идти? — Костя кивает на здание, отделанное стеклом и сталью, и смотрит на верхний этаж.

— Если у тебя нет срочных дел, то я не откажусь.

Брат кивает и паркует машину.