Вижу в конце аллеи ларек и после покупки усаживаюсь снова на лавочку.

Телефон оповещает о входящем звонке мужа. Стискиваю телефон, но нажимаю на ответ.

Сама замираю, смотрю на проходящие мимо пары, мамочек с колясками, и внутри все щемит от какой-то тоски. Непонятной тоски… Я же радоваться должна. Но при мысли, что я могу остаться с детьми одна… без Наиля… мне становится горько.

И, как всегда, стоит только услышать его тихий голос, как меня пробирает до самых костяшек.

— Гуляю. Решила немного подышать свежим воздухом.

— Я подъеду, заберу тебя. Пообедаем?

Смотрю на часы и удивленно вскидываю брови.

— А ты свободен? И нет бесконечного потока встреч? Посетителей?

Он смеется. И я вспоминаю то время, когда мы ещё не состояли в браке и он вот так же меня утаскивал куда-нибудь в укромные местечки в течение дня. Мне это безумно нравилось, и сейчас в груди сердце радостно екнуло. Но я прекрасно мозгами понимаю, что все это напускное. Напыление…

— Я пока освободился. Есть пара часов свободных. Хочу тебя увидеть.

Щеки вспыхивают, и это даже несмотря на то, что я не вижу его. Все же он действует на меня сильнее, чем может мне это казаться. Я слишком от него зависима и пока не понимаю, как буду от этого избавляться.

— Хорошо, — быстро ориентирую его, где он может меня найти, — жду тебя на лавочке. Славу сам отпустишь?

Угукает и отключается. А я сосредотачиваюсь на фонтане в центре площадки, засыпанной щебнем. Вода приятно ласкает слух, и проблемы откатываются, как шары боулинга.

Не замечаю, как пролетает время, и меня обнимают за плечи.

Наиль… я его по теплу узнаю. Прижимается к виску губами.

— Привет, Мариш. Как всегда, ослепительна, — от его слов по ногам дрожание.

— Спасибо, — перевожу на него взгляд, улыбаюсь, — ты тоже, как всегда, привлекателен.

— Поехали? Я забил столик тут недалеко.

Провожает меня к машине, но ему кто-то звонит, и он задерживается снаружи. Чувствую на ладошках липкость после мороженого и тянусь к бардачку. У Наиля всегда припрятаны салфетки. Аккуратно отодвигаю бумаги и нащупываю пачку, но потом меня словно молния пронзает, когда пальцы натыкаются на какой-то предмет.

Вытаскиваю его… и подношу к глазам. Помада…

Не моя помада. Я не пользуюсь такой фирмой. Наиль идет к водительской двери, и я на панике засовываю находку в сумочку.

Выдыхаю и приказываю себе держать себя в руках. Мало ли что… мало ли откуда она тут взялась.

Боже… да зачем я вру сама себе?

Глотаю слюну, которая вызывает тошноту. И переживаю, как бы мороженое не попросилось обратно.

— Ты в порядке? — бросает на меня обеспокоенный взгляд обманщик.