— Муж в тереме, — коротко оговорилась она, когда они вдвоем поднялись по холму. — Тяжко ему все же спускаться да забираться.

— А Даринка?

— В избе заперта, — Чеслава строго поджала губы. — Наказана. Нечего перед кметями на подворье хвостом крутить!

Яромира закусила изнутри щеки, изо всех сил давя рвавшуюся наружу улыбку. Кто бы знал, что воительница станет такой пекущейся матерью для спасенной когда-то девчушки-сироты.

— А меня ты так не строжила, — она все же не удержалась и рассмеялась.

К ее удивлению, Чеслава покаянно вздохнула.

— Зато нынче хорошо понимаю, отчего Звенислава Вышатовна тревожилась и тебя с Любавой распекала днями и ночами, — сурово припечатала она. — Ты тоже скоро поймешь. Обожди, пока подрастет Ранхильд.

При имени матушки сердце Яромиры вновь кольнуло — в какой уже раз.

Княгиню Звениславу она нашла на женской стороне терема, в просторной горнице. Там же свиделась и с женой Крутояра Радмирой и маленькой княжной Мстиславой, которая при бабке и матери возилась на полу на меховой шкуре с деревянным коньком.

Когда только дошли до Вестфольда вести о смерти князя Ярослава, за мать Яромира переживала шибче всего. Извелась вся, пока представляла, каково ей было проститься с мужем. На Харальда смотрела и еще пуще слезами заливалась. Боялась, как бы матушка не взошла следом за отцом на костер.

Потом Крутояр расскажет ей, что Ярослав жене это строго-настрого запретил. Велел силой удержать, коли нужда будет. Таков был его последний княжеский приказ. Но силой удерживать не потребовалось. Уж в последний раз Звенислава мужу не стала перечить.

Нынче же, поглядев на матушку, Яромира наконец успокоилась, и железные тиски, сжимавшие тревогой сердце, чуть ослабили свою хватку. Сын, невестка, сестра Рогнеда и воительница Чеслава присматривали, чтобы у княгини Звениславы всегда находилось какое-нибудь дело али занятие. Сидеть на скамье да тосковать ей никто не позволял. А уж в огромном тереме да среди многочисленной родни найти что-то, чтобы отвлечь ее от горестных дум, было несложно.

— Мирошка, — заметив ее в дверях, княгиня Звенислава поднялась со скамьи и протянула к дочери руки, назвав детским прозвищем.

У Яромиры вновь защипало в носу. Но такой уж выдался нынче день, глаза все время на мокром месте. Столько слез она за всю зиму не пролила, как за сегодня.

* * *Вечером в тереме устроили пир. Утром Яромира сходит на огромный курган, сложенный в честь ее отца. Но это — утром. А нынче же в малой гриднице собрались ближники князя Крутояра и его родичи.

Воительница Чеслава сидела подле мужа, воеводы Буривоя. Рогнеда Некрасовна — подле Стемида, который давным-давно служил наместником в Новом Граде.