Зажатый в руке серп от колесницы серп затрясся, ужас, отвращение и страх почти задушили меня и я бросился назад, вниз по стеклянным ступенькам с болезненным беспокойством, наблюдая, с благоговейным трепетом, за созданием, спящим на медном троне. Оно не шевелилось. Хотя кровь застыла у меня в жилах и волосы на макушке стояли торчком, я яростно затряс головой. И проклиная кошмары, о шагнул, на негнущихся ногах через склеп, чтобы ближе рассмотреть спящее существо.

Но в этот момент мой взгляд упал на парные клинки, спокойно лежащие перед Змеем. О, Боже, что за мечи! С ними я стану непобедим! Что мне пара дюжин, или пара сотен наемников, я пройду сквозь них как горячий нож сквозь масло.

Мои руки, сами, потянулись к рукоятям мечей. Я даже не обратил внимания на приподнявшуюся голову твари и на злобное шипение, вырвавшееся из ее пасти. Повисший, на самодельном, темляке серп, зазвенел по постаменту, вернув меня в реальность. Как будто какой-то морок спал с моих глаз и в тот же миг удар чудовищного хвоста отбросил меня в сторону. Не знаю, от боли ли, или еще от чего, но наваждение окончательно покинуло меня и я смог разглядеть проснувшееся существо во всей его омерзительной сущности. Змей?! Нет, это не змей, это чудовищная помесь человека и змеи! Из-под колец змеиного тела появилась пара рук, вполне человеческих, да и голова теперь мало чем напоминает змеиную, хотя она и осталась клиновидной, но вполне человеческие глаза, разве что, с вертикальными зрачками, пародия на нос и пасть, полная акульих зубов. Стоило мне только встретиться взглядом с этим существом, как меня начала охватывать странная вялость, захотелось прилечь, расслабиться. В чувство меня опять привел серп, который начал мелко вибрировать, издавая едва слышный звон. Человеко-змей издал страшное шипение и попытался опять ударить меня своим хвостом. Серп сам-собой прыгнул мне в руку и встретил эту атаку монстра. В самый последний момент существо дико изогнулось, подтверждая, что все же с рептилиями у него намного больше общего чем с гуманоидами, и отпрянуло, одновременно с этим схватив мечи с постамента.

Дальнейшее могло повергнуть в ужас любого, и я не исключение. В свете синего, неясного света, я увидел голову и гигантские плечи, вырастающие из сумеречного облака, накрывшего монстра.

Не было слышно никаких звуков, но большая расплывчатая форма становилась все более отчетливой, пока я не признал в ней фигуру мужчины. Он был одет в странные сапоги, постепенно переходящие в штаны, те, в свою очередь, превращались в рубашку и широкий кожаный пояс. Его ровно подстриженные волосы были перетянуты золотой полоской. Я смотрел на размах плеч, на ширину вздымающейся груди, на бугры мышц на торсе, на руках, на ногах. На его лице не было ни слабости, ни милосердия.