«Стремясь к малому — достигнешь великого, стремясь к великому — впадешь в заблуждение», — учил Лао-Цзы. Ну а у нас — так: дураку — везет, умного — Бог ведет.

Деревенька оказалась не такой уж малой и заброшенной, какой казалась ночью. Пока я до нее добрался — рассвело. Постучал в крайний от дороги дом, услышал заливистый лай, звон цепи. Появилась женщина, глянула на меня, будто на оборотня, — «батюшки светы!», перекрестилась.

— А что, хорош бродяга?

— Ты чего, мил человек, али подрался с кем?

— Да пьяный в кювет навернулся. Машина — вдребезги, — вздыхаю.

 — Умыться у вас можно?

Хозяйка провела меня к рукомойнику… Первая мысль — как она меня вообще впустила! Тем более на короткой цепи у нее — свирепый «кавказец» под мирным именем Мишка; женщина цыкнула на него, он улегся, но продолжал следить за мной умными карими глазами.

Морщась, умылся кое-как… Но лицо — не из приятных. Хозяйка принесла литровую банку молока, чистый бинт, пузырек с каким-то снадобьем:

— Перекись… Дай-ка башку промою… Да и замотать нужно.

— Быстро только кошки родятся. Да и те — черные. Вон у тебя лоскут отодран — не дай Бог, заражение какое, нарвет — что будешь делать?

Быстро и умело женщина промыла раны, наложила бинт:

— Можно и шовчики… А то так приживется, лоскут в акку-рат лег.

Я ведь в медпункте сорок лет за фельдшерицу была… Далеко спешил-то?

— В Москву. Скажите…

— Скажите, Мария Ивановна, ни у кого машины здесь не найдется, меня до Москвы подбросить?..

— Да и не близко. Часа четыре езды. Хотя можно спрямить. За три с половиной и доедете.

— Так у кого бы? Я заплачу. Хорошо заплачу.

— Да за деньги — любой повезет, только машин у нас — раз, два, и обчелся.

Да и на ладан дышут. Правда, чуть в сторонке поселок стоит, там люди побогаче…

— Знаешь, ступай к Кольке Селиванову. Он шоферит, машина у него хоть и неказистая с виду, а резвая. Это… Хобби у него такое: по винту ее перебирать да снова строить. С виду — «уазик», а Генка его даже прозвал — Казачок. И чего он внутрь понапихал — один он и знает, а только до Москвы тебя, глядишь, и за тройку часов домчит.

— А где живет тот Селиванов?

— Да через два дома. Пойдем провожу. — Женщина накинула платок, отворила калитку.

Протягиваю два полтинника.

— Просто так. Спасибо.

— А тебе — не пригодятся?

Она вздохнула, спрятала деньги:

— Если богатый — чего ж, возьму. А то забыла, когда последний раз их видела. От земли давно живем, а все ж сладкого очень хочется, хоть карамелек каких. Соскучилась по сладкому вовсе. Спасибо.

Колян собрался — только подпоясался. Он закончил очередную перестройку машины, видно, не терпелось испробовать.

Через десять минут мы выбрались на шоссе.